Виварий был действительно изолирован, но вентиляционный ход соединял его с коридором, и возбудители сыпного тифа не просто проникали, а, можно сказать, с силой выбрасывались наружу, распространяясь по всему институту. Ничего удивительного не было в том, что люди, проходившие по этому коридору, подвергались опасности заражения. Удивительно было другое — что из множества этих людей заболели всего только трое.
* * *Разумеется, все это произошло далеко не так просто, как я рассказала. Через несколько дней многие сотрудники Института профилактики и иммунитета заговорили о том, что иначе и быть не могло, они думали совершенно так же.
Это было повторением известной истории с колумбовым яйцом, поставить которое — после Колумба — оказалось удивительно просто."
"Но нашлись и другие: Скрыпаченко, например, упорно доказывал, что, если даже Львов-старший прав — что более чем сомнительно, — Львов-младший все-таки виноват, потому что хороший директор обязан знать устройство вентиляционных ходов в своем институте.
Не стану рассказывать о других, более сложных маневрах. Все было сделано, чтобы Андрей не то что не мог, а не захотел вернуться в Институт профилактики. И он действительно не вернулся.
Елизавета Сергеевна
Митя пропадал целыми днями, по его словам, в разных «снабах», которые должны были снарядить его экспедицию, а по моим предположениям — в гостинице «Москва», на одиннадцатом этаже, в номере тысяча сто десятом.
Впрочем, обитательница этого номера почти не упоминалась в наших разговорах — мы с Митей редко оставались вдвоем, а говорить о ней при Андрее он, по-видимому, стеснялся.
Лишь однажды он спросил Андрея, с кем, по его мнению, нужно поговорить, чтобы ему, Мите, разрешили включить в состав экспедиции опытного врача-хирурга?
Нетрудно было догадаться, о ком идет речь, но Андрей сделал вид, что это его не интересует.
— Гм. Но ведь твоя экспедиция, насколько мне известно, не имеет к хирургии ни малейшего отношения!
— В том-то и дело! — с отчаянием отозвался Митя.
— Так, так.
Старый врач?
— Какое это имеет значение?
— Не скажи. А прежде когда-нибудь он был в твоем распоряжении?
— Не был. — Митя слегка покраснел.
— И ты в этом совершенно уверен?
— Совершенно.
— Гм. Тогда, пожалуй, ничего не выйдет.
— Почему?
— Видишь ли, если бы ты прежде знал этого врача, можно было бы сказать наркому, что тебе без него будет скучно. А начальник экспедиции не должен скучать — это может вредно отразиться на деле.
Митя посмотрел на него.
