Мерещится, что пропиталась терпким мужским парфюмом. Чувствую, что нужно в душ, но ни сил, ни желания нет.
Стаскиваю платье, забираюсь под одеяло. Зубы отстукивают, поэтому натягиваю до самой шеи.
Уйти от Журавлёва было непросто. Мы много разговаривали и пили. Он виски, я — колу, но захмелела, будто от крепкого алкоголя.
Устало закрыв глаза, еду на крутых американских горках. Качает то вверх, то вниз.
Сначала я терпеливо ждала, пока Саша достаточно разговорится и выдаст что-то новое и провокационное. Наблюдала за слегка рассеянными движениями и цепким взглядом.
Не заметила, как втянулась. И больше не настаивала и не требовала. Как ни странно, но в его компании расслаблялась.
За несколько совместных часов узнала о детстве и воспитании, студенчестве, работе и женитьбе. О том, почему именно Настя. О том, как жили. Два циника, два трудоголика. Люди с похожими и свободными взглядами на жизнь. Жаль, не сложилось. От этого всем было бы легче.
Ответы Журавлёва были ироничными и хлёсткими, но их вполне хватило, чтобы понять и сложить целостную картину.
Вовсе не ту, что я составила при первых встречах.
Когда вызывала такси и обувала туфли в прихожей, на моем локте сжались пальцы. Саша убедительно просил остаться. Обещал, что приставать не будет. Ему хотелось, чтобы я просто была рядом, а мне — уснуть и не проснуться.
Проматываю события в голове и пытаюсь вздремнуть. Крепко не получается. Сон поверхностный и рваный. Встаю я спустя три с половиной часа под настойчивый звонок будильника, будучи абсолютно вялой и разбитой.
Кое-как достучавшись в соседний номер, бужу подруг и привожу себя в порядок. Складываю оставшиеся вещи в огромный чемодан, куда с трудом влезают все мои покупки.
Дальше дорога до аэропорта, сдача багажа и паспортный контроль. Внезапное сообщение о том, что рейс переносят.
Принимаю этот факт спокойнее, чем Лиля и Мира. Даже с неким облегчением. Веря, что отсрочка поможет мне не пересекаться с Наилем хотя бы до вечера.
Когда он перезванивает, получив мое сообщение с предупреждением, я борюсь с раздражительностью, и все же снимаю трубку:
— Тебе не обязательно встречать меня, — заверяю мужа.
— Лиля на машине, поэтому довезёт куда надо.
В динамике звучит шумный выдох. Беспокоится, недоумевает. Я тоже.
— Поля, скажи, на сколько точно перенесли вылет. Я постараюсь подстроиться.
Называю время и до последнего надеюсь, что нет. Правда, как только самолёт приземляется в столице, я вижу в зоне прилёта знакомую фигуру.
