— … на начальном этапе коммуникации с Министерством я думал, что люди из госсектора будут вести общение в стиле «сверху-вниз» и как-то усложнять работу не всегда системным подходом.
Саркиев затягивается тонкой сигаретой, сжимая её подушечками пальцев. Упираясь бёдрами о массивный стол, выдыхает дым в сторону.
— Вспомни Алентьеву, — посмеивается Настя. — Она хотела, чтобы тестирование провели уже в начале апреля.
— … причем бета.
Затаив дыхание, не прерываю беседу. Каблуки будто прилипают к полу, а густой плотный воздух забивает лёгкие.
Я не понимаю ни слова из того, что они обсуждают. Саркиев же ловко подхватывает фразы.
— В целом, у нас все адекватные и понимающие, — произносит Журавлёва и, чуть понизив голос, добавляет: — Я рада, что тендер выиграла именно ваша компания.
Девушка уверенно шагает навстречу Наилю. С лёгкой улыбкой на лице прижимает пальцы к губам моего мужа, забирая тонкую сигарету.
— Это моя.
Пульс взлетает по нарастающей.
Мы взрослые люди. Зрительный контакт, ненавязчивые прикосновения и двусмысленные фразы — всего лишь способы коммуникации, за которыми могут стоять разнообразные мотивы.
Я знаю, что мой муж не перейдёт черту. Доверие — это то, на чём всегда базировались наши отношения. Основа основ, которая держала сложную конструкцию под названием «семья» долгие годы.
И, тем не менее, хочется ворваться и прекратить флирт. Показать, что этот мужчина — лишь мой.
Как сказал Наиль минутами ранее — я и ревную, и льстит. На чаше весов — поровну. Что-то похожее испытываю и я.
— Ты сегодня в роли наблюдателя? — звучит насмешливый голос за моей спиной.
Я резко захлопываю дверь и разворачиваюсь на каблуках, встречаясь взглядом с Сашей.
Весь вечер мы провели, не трогая друг друга. Именинник вёл себя со всеми девушками одинаково — приветливо, гостеприимно и радушно. В какой-то момент показалось, что так будет всегда — Журавлёв не станет меня выделять. Но стоило выйти на танцпол, как иллюзии рухнули.
Не отвечая на заданный вопрос, опираюсь плечом о холодную стену.
Про себя — злюсь и психую, потому что не хотела бы, чтобы меня в очередной раз ловили беззащитной и потерянной.
— Я ждал, что ты напишешь вчера, — произносит Саша, опустив руки в карманы брюк и качнувшись с носка на пятку.
Я фыркаю и скрещиваю руки на груди. Защищаюсь, поставив блок на чересчур личные вопросы. Знаю, что бессмысленно, но вдруг когда-то поможет?
— Вчера я была занята поиском подарка на твой день рождения. Это, кстати, непростая задача.
