Открывашка и пробой

Мог, блин, оставить вас подыхать от голода в том же «тамбуре» — там пространство на меня работает, и, если бы вы даже начали по мне стрелять, хрен бы у вас получилось! Мы же свои, одна команда — не вы ли мне это говорили, Геннадий Петрович? Какого хрена я вам доверяю, а вы мне — нет?

— Я же говорил, что он все понимает, — с ухмылкой сказал КГБшник «командиру». — Где твой жук?

— Пошли, — я поднялся на ноги, машинально отметив набивающих рюкзаки бумагами из вскрытых сейфов Билла и Джима.

Вадим нагружался системными блоками, игнорируя ЭЛТ-мониторы, а Юра и Игорь стояли у металлической, оснащенной узким окошком двери.

Физрук и КГБшник пошли за мной вдоль клеток с жуками. Вот эти похожи на пауков, вон те, справа — каноничного, как в «Звездном десанте», вида. Но мне нужен вот этот, с большими черными глазами, маленькими жвалами и антеннками на круглой голове.

— Муравьи умеют плеваться кислотой, — поведал Тимофей. — Эти неагрессивны, потому что на них тренируются некроманты.

— Данная особь просто притворяется, да, малыш? — с улыбкой я протянул руку к клетке.

— С дуба рухнул? — дернул меня за шиворот Геннадий Петрович.

— Доверие где? — зыркнул я на него исподлобья.

— Гена, Андрей — взрослый парень, и, если хочет пожертвовать рукой, мешать ему не надо, — поддержал меня КГБшник.

В доверие втирается. С самого начала рубаху-парня своего в доску строит.

Внезапная мысль меня немного напугала, но все быстро встало на свои места. Оборотни что-то мутят. Что-то такое, что потенциально может обернуться большой кровью.

Этот их «исход» — только первая часть плана. Тимофея явно прислал кто-то важный, чтобы держать руку на пульсе. Спасибо, Королева, благодаря тебе я стал видеть больше и дальше. Мои действия в связи с новыми выводами? А те же самые — пока все идет неплохо, а «мутки» оборотней… Что ж, это не мой мир, и потенциальная кровь меня не пугает. Надеюсь, маленькие оборотни уцелеют — они мне нравятся.

Ударив запястьем по руке оборотня, я освободился от хватки.

Не обольщаюсь — это он мне позволил так сделать. Шагнув к клетке, сунул руку между прутьев. Доселе неподвижный «муравей» пошевелил антеннками и шагнул вперед. Мою ладонь мягко прикусили жвала.

— Хороший, — умилился я, освободил руку и почесал хитин между антеннками.

Муравей издал приятный, стрекочущий звук.

— Некромантия? — спросил физрук.

— Как вы з*****и, Геннадий Петрович, — не отрываясь от умиротворяющего занятия, вздохнул я. — Говорю же — Жук-дипломат.