Открывашка и пробой

— Да я намажу, — не поняла она намека.

Придется потерпеть заботу.

— Ты — молодец, Андрюша, — сдобрила она процесс похвалой. — Я под утро пришла-то, в стайку сунулась — чисто, скотина накормлена.

— Спасибо, — снова поблагодарил я.

— Ну вот, — закончив мазать синяк, она закрыла тюбик и ушла с ним в комнату.

Я отправился в баню. И как теперь умываться? Ладно, ограничимся чисткой зубов. Один день в деревне и уже начинаю морально опускаться. Когда я набрал теплую воду из бака в кружку, в баню зашла одетая в сине-зеленый халат без рукавов Валентина:

Я закрыл кран, поставил кружку на скамейку, взял с полочки зубную пасту.

— Ты что, глухой? — раздраженно топнула она ногой.

Я выдавил пасту на щетку, подхватил кружку и пошел на улицу, по пути с улыбкой пожелав ей:

— Угу, — буркнула он и закрыла за мной дверь.

Это уже ответ. Прогресс налицо!

На улице было хорошо — тепло, солнышко уже встало и теперь освещало крыши и заборы соседских домов. Ну и этого дома тоже! Усевшись прямо на крылечке, принялся за дело, мысленно хваля себя за правильное решение.

Лучше сильно огрести один раз, чем много раз понемножку, попутно позволяя себя чмырить. Вон она — пара недель, и будет мне булочки стряпать. Мы еще посмотрим, кто вожак в этой стае! Ррр!

Трава за сараем впитала мыльную воду — от одного раза ничего не будет, но в следующий раз лучше сплевывать куда положено — в сток под баней. Посетив удобства, вернулся домой, оценил разогревающую супчик бабу Зину, спросил:

— А корову пастись выгонять надо?

— Сегодня — надо, — кивнула она.

 — А вчера у Толи, земля ему пухом, смена была, подумали, что болеет. Сейчас Кузьмич придет, они на пару коров пасли, он теперь один остался. Да я выгоню, ты садись, кушай.

Я сел, она налила мне тарелку супа — в этот раз с куском грудинки и крылышком — и я хорошенько позавтракал. В процессе ко мне успела присоединиться Валентина, а бабушка Зина — выгнать корову пастись с деревенским стадом.

После завтрака меня оставили мыть посуду, Валя ушла в комнату одеваться в школу, а Зинаида Матвеевна переоделась в траурное и убежала помогать готовиться к похоронам.

Когда я закончил с тарелками, в кухне появилась одетая в темно-коричневую школьную форму с бантиками, красным галстуком и фартуком Валентина. В руке — толстый кожаный портфель, на ногах — гольфы, черные туфельки я видел в сенях. Просто пай-девочка!

— Классный синяк! — хохотнула она, проходя мимо меня.

Все еще очень плохой характер.