Открывашка и пробой

Но они же взрослые, значит им виднее. Меня выдавать теперь точно не будут — золотая курица нужна им самим, а после настолько прибыльной ночи моя ценность в оборотнических глазах стала запредельной.

— А ты когда-нибудь думал о том, что в «тамбуре», как ты его называешь, твои «гости» абсолютно беспомощны? — тихо спросил учитель.

— Думал, — честно ответил я.

Константин Викторович не стал развивать тему, и я спросил:

— А если это был единственный трактор на всю арбузную плантацию?

— Это же территория Великой Японии, — развел руками оборотень.

 — Поле принадлежит какому-нибудь их барону и застраховано. Результаты воровства налицо, никто даже рабочих особо ругать не будет. У американцев тем более склады застрахованы. Ты — хороший человек, Андрей, — хлопнул меня по плечу. — Правильно тебя совесть грызет. Но это не тот случай: у них — много, а у нас — совсем нет. Это же нечестно?

— Вы взрослый и учитель, вам виднее, — пожал я плечами.

В самом деле, я-то чего парюсь? Я просто проход «своим» даю, дальше они сами.

Мы остановились у Марининого забора, учитель со мной на руках запрыгнул в огород, и мы пошли к дому. Из сарая выскочила Марина.

— Вернулись, — поделился с ней новостями оборотень. — Это вот на дни рождения подарки, найдешь куда спрятать? — обернувшись, продемонстрировал висящие на нем рюкзаки.

— Ничего себе! — ахнула она. — Найдем. Сюда давайте, у меня пленка есть, завернем и в дровяник — Лёшка с краю дрова берет, не найдет.

Если только по запаху, — померкла.

— Может у вас пусть полежит, Константин Викторович? — предложил я решение.

— Пусть, — согласился оборотень, снял с себя рюкзак собственный. — Это вам, Марина. Для вас, Лёши и вот, Андрею.

— Спасибо, — не дал я опекунше взять рюкзак самой.

Охренеть тяжелый, но моего упрямства дотащить его до дома хватит.

— До завтра, — протянул мне руку Константин Викторович.

— До свидания, — пожал я.

Оборотень одним прыжком прямо от сарая перелетел в переулок и вторым прыжком — к себе на участок.

— Устал? — сочувственно спросила меня Марина.

— Не устал, — покачал я головой. — Но спать хочется. Помочь разобрать?

— Разберу, — улыбнулась она мне. — Иди, ложись, я попугая на крылечко вынесла, пусть воздухом подышит. Покормить тебя?

— Не, мы там перекусили, — немножко соврал вточивший под шумок пару «сникерсов» я.

Оборотни перекусывать не стали — время экономили.