— Технически большая часть этого дроида, где-то там внизу, — хмыкнул я. — Так что до рекорда нам еще далеко.
— Вероятно, вы правы, — вздохнула Сюин-старшая. — Но последние полученные данные у нас только с этого уровня. Еще хотя бы пара метров в этом тумане и точно будет рекорд. Я считаю, что эта субстанция не бесконечна. Это что-то типа слоя до перехода на другой уровень.
— Сложности?
— Наверное, и сложности тоже, — но я имела в виду отдельный биом. Давайте скорее, а то я начинаю уставать, а пропускать мне бы ничего не хотелось.
Мне бы тоже не хотелось ничего пропускать, но спать все равно придется. И, возможно, это лучшее место для стоянки из виденных ранее. Если только из пропасти не вылезет автор «выкройки» этого бедолаги-дроида.
Я еще раз проверил стойку лебедки и на всякий случай укрепил ее. Разобрал часть своего оборудования (повесив на себя) и прикрепил новый трос к основанию конструкции. Разгреб небольшую нишу в камнях и отправил туда спотов. А потом еще и подтянул туда дряхлых дроидов.
Вроде молния дважды в одно место не бьет, и пока я сгоняю на разведку, со спотами все будет в порядке.
Подошел к краю, держась за трос, и начал спускаться. В голове сразу же заиграла песня Высоцкого. У него там, правда, про вершину, а не про впадину, но смысл тот же. В Разломе ненадежны ни камень, ни лед, ни скала и надеемся только на крепость рук. А наглядный пример лежал у меня перед глазами — поистине мертвая хватка.
Спустился на метр, упираясь ногами в скалу, и замер, прежде чем нырнуть в туман с головой.
Система выдала предупреждение об агрессивной среде, но страшными последствиями пугать не стала. Либо я уже прокачался, либо концентрация возможных кислот и ядов была небольшой. Зато фильтры включились на полную мощность и начал сбоить сигнал Хомяка.
Я задержал дыхание. Не хотел, Сюин-старшая первая начала. Я четко слышал громкий вздох, а потом напряженную тишину. И здесь, видимо, как с зевотой сработало. Один зевает, и все окружающие сразу же тоже.
— Брр! Харе уже трос мять! — сам себя подопнул и разом спустился еще на метр.
Хомяк с Фруней тут же исчезли с радаров. Все вообще исчезло. Даже только недавно прорисованные контуры рельефа и те пропали.
— Я ничего не вижу, — прошептала доктор. — И ничего не слышу. Алекс, а вы как?
— Аналогично. Обволакивающий вакуум какой-то.
Было бы странно, если бы у нас были разные картинки, но я все равно посмотрел, что проецирует экшн-сканер.
