Потом будет уже сложнее очистить броню».
Месяц, возможно, два проторчать практически без движения на любом открытом месте Мерзлоты плохо скажется на здоровье любого дроида. Так что на грибок пока можно забить.
Я включил фонарь и подошел к пасти. Здоровая все-таки дура — даже пригибаться не нужно. Скорее всего, если подпрыгну, и то верхний ряд клыков не задену. Посветил внутрь — никакой возможной органики (язык, десна, небо) уже не было. Везде сплошной дырчатый серый камень, как и везде последние два километра. В глубине челюсть сужалась до размера канализационного люка, по кругу заставленная еще одним слоем окаменелых зубов.
Пропустив Искорку вперед, осторожно, реагируя на каждый хруст под ногами, я тоже прошел вперед и начал ломать клыки молотком. Очистил все острые края и еще немного расколол снизу, чтобы не протискиваться, а просто переступить. И прошел внутрь.
С виду обычная пещера, довольно гладкая без каких-либо остатков внутренних органов. Все, что могла разложиться за сотню-другую лет, это сделало, не оставив и следа.
Шкура выдержала окаменев. И кости — которых здесь оказалось даже как-то слишком много. Восемь позвоночников, идущих по кругу и ребра между ними через каждые два метра. Интересная конструкция — вроде и крепкий, но при этом гибкий.
Цвет камня под ногами был чуть темнее остальной «конструкции» и отливал фиолетовым, предположительно, вместе со скальным грибком намешалась труха всего того, что разлагалось.
Я оставил Хомяка с рапторами охранять вход, а сам пошел дальше. Уровень агрессивной среды присутствовал, болтаясь где-то на уровне: «проходи, не задерживайся».
А вот энергия здесь была грязная, хоть и текла свободно, так что пришлось активировать фильтры.
Метров через тридцать луч фонаря начал высвечивать темные бугры, лежавшие вдоль стен. Разной формы — от микрохолмика с мешок картошки до длинного и высокого «чехла для байдарки». Они-то все и фонили вторичным ломом, а некоторые и скайкрафтом.
— Что же, поиграем в археолога, — я вооружился альпинистским молотком и принялся крошить первый небольшой холмик.
В детстве мне дарили игрушки-раскопки, где надо было из гипса выдолбить какую-нибудь дешманскую монетку или пластиковую куколку-мумию. Восторга было море! Как и гипсовой пыли.
Вот и сейчас было похоже. Фильтры тут же забились пылью, я даже чихнул в кресле, переполошив Чибзика, спящего у меня в ногах. Находка тоже соответствовала — обмылок краба с уже «переваренными» лапками. По крайней мере, внутри он был еще неплох.
