Дражайшая Дева-Летописеца, как же она справляется со страхом? С мыслью о том, что все может быть не в порядке? С фактом, что в знании, где он, опасности больше, нежели безопасности?
Приняв форму перед домом, он вспомнил ночь, когда собирался найти Бэт после смерти ее отца. Он был вынужденным, неподходящим спасителем, исполняющим последнюю волю своего друга и обещавшим помочь ей пройти изменение… а она даже не знала, кем являлась.
Сначала все прошло не совсем гладко, но во второй раз, когда он пытался с ней поговорить? Очень даже гладко.
Боже, ему снова хотелось быть с ней вот так. Кожа к коже, двигаясь вместе, он глубоко внутри нее, отмечая ее, делая своей.
Но до этого еще далеко, если конечно, это вообще когда-либо снова произойдет.
Роф обошел двор; его ботинки не издавали ни звука, и огромная тень падала на холодную землю под ногами.
Бэт сидела съежившись на шатком столике для пикника, за которым он сам однажды сидел, и заглядывала в квартиру, как и он, когда пришел к ней. Холодный ветер развевал ее темные волосы, из-за чего казалось, будто она под водой и плывет при сильном течении.
Она обернулась, должно быть, почувствовав его запах. Взглянув на него, она села чуть прямее, продолжая держаться за купленную им парку North Face.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она.
– Марисса сказала мне, где ты. – Он бросил взгляд на раздвижные стеклянные двери в квартире, а затем вновь на нее. – Не возражаешь/не против, если я присоединюсь?
– Эм… ладно. Все нормально. – Она заерзала, когда он подошел.
– Я не собиралась долго тут сидеть.
– Правда?
– Хотела увидеться с тобой. Не знала, когда ты пойдешь сражаться, и подумала, что еще есть время… Но, потом, я не знаю, я…
Она не закончила предложение, и Роф забрался на стол, рядом с ней, ножки скрипнули, принимая его вес. Он хотел заключить ее в объятия, но не решился, надеясь, что парка сделает свою работу и не даст ей замерзнуть.
В воцарившейся тишине в его голове вертелись разные слова, все они выражали извинение, и все были чепухой.
Он уже сказал, как сожалеет, и она знала, что это было искренне. И пройдет еще много времени, прежде чем он перестанет жалеть, что не может сделать что-то еще для их примирения.
Этой холодной ночью, они застряли между прошлым и будущим, и он мог лишь сидеть с ней и заглядывать в темные окна квартиры, в которой она когда-то жила… до того, как судьба свела их вместе.
– Не помню, чтобы была здесь особо счастлива, – тихо сказала она.
