– Когда парень моргнул и зевнул, Лэш с презрением отнесся к этому проявлению слабости, Мистера Д она также не впечатлила. – Правила просты. Если попытаешься сбежать, мои люди либо тут же тебя застрелят, либо позвонят в полицию и выдадут твое точное местоположение. Кивни своей никчемной головой, если понял меня.
Грэйди кивнул, хотя Лэшу показалось, что он бы это сделал, независимо от того, что ему сказали. Съешь собственные ноги. Ладно, конечно, без проблем.
Лэш разблокировал замки.
– Выметайся из моей машины.
Когда открылись двери, и холодный ветер ударил в лицо, тот снова кивнул. Выйдя из Мерседеса, Грэйди закутался в свою куртку, этот идиотский орел расправил крылья, когда человек обернул ее вокруг себя. Мистер Д, в отличие от него, не уделял столько внимания холоду – одно из преимуществ мертвой жизни.
Лэш задним ходом выехал с парковки и направился туда, где остановился в городе. Его пристанищем была жалкая квартирка в квартале, полном стариков… с окнами, шторы на которых были, скажем, из какого-нибудь Таргета, и предназначались для того, чтобы закрыться от косоглазых соседей, носящих Дипендсы.
Единственное преимущество заключалось в том, что никто в Обществе про него не знал. Хоть он и спал у Омеги в целях безопасности, возвращение на эту сторону делало его заторможенным примерно на полчаса, и он не хотел, чтобы его застали врасплох.
Хотя сон – не совсем верное название того, в чем он нуждался. Лэш не столько закрывал глаза и дремал, сколько просто отключался, и это, по словам Мистера Д, для лессеров в порядке вещей.
Почему-то с кровью его отца внутри них, они смахивали на мобильники, которыми нельзя пользоваться, пока те заряжаются.
При мысли о возвращении в хату им завладела депрессия, и Лэш понял, что вместо этого направляется в более благосостоятельную часть Колдвелла. Эти улицы он знал, как свои пять пальцев, и быстро нашел каменные колонны своего старого дома.
Ворота были наглухо закрыты, и, несмотря на то, что через высокую стену, окружавшую собственность, ничего не было видно, он знал, что творится по другую ее сторону: земли, деревья, бассейн и терраса… все в идеальном состоянии.
Проклятье. Он снова хотел жить вот так. Это плебейское существование с Обществом Лессенинг – словно дешевый костюм. Это не он. Совсем не он.
Лэш припарковал Мерседес и остался сидеть в нем, уставившись на подъездную дорожку.
