"
"Ее сердце остановилось, затем забилось с бешеной скоростью, хоть она и говорила себе снова и снова, что это не ей нанесли вред. Ее там нет. Это не прошлое. Никто не стоял над ней в белом халате, вытворяя нечто «во имя науки».
И, кроме того, она покончила со всем этим, сколько, лет десять назад…
Звук, поначалу тихий, постепенно набирал громкость, эхом раздаваясь позади нее. Она развернулась и замерла, страх был настолько силен, что пригвоздил ее ноги к полу…
Но всего лишь уборщик вышел из-за угла, толкая впереди себя бельевую тележку размером с машину.
Он спиной прислонялся к ее краю, и даже не посмотрел на Хекс, когда проходил мимо.
Хекс моргнула и на какой-то момент увидела другую тележку. Полную спутанных, неподвижных конечностей, ноги и руки трупов перемешались, как щепки.
Она протерла глаза. Ладно, она поборола то, что произошло… до тех пор, пока снова не попадала в клинику или больницу.
Господи Иисусе… ей нужно убраться отсюда.
– Вы сможете это сделать? – спросил ее Де ла Круз, появившись около нее.
Она с трудом сглотнула и взяла себя в руки, сомневаясь, что парень поймет, что ее пугает стопка простыней на тележке, а не труп, который она вот-вот увидит.
– Ага. Можем провести опознание прямо сейчас?
– Слушайте, – он одарил ее пристальным взглядом, – может, Вам нужна минутка? Выпить кофе?
– Нет. – Когда он не сделал ни шага, она сама направилась к двери с надписью «Опознание».
Де ла Круз обогнал ее и открыл дверь. В передней было три черных пластмассовых стула и две двери, и стоял приторно-сладкий запах – смесь формальдегида и освежителя воздуха от «Glade».
В углу, вдали от стульев, располагался низкий стол с парой полупустых бумажных стаканов с кофе, по цвету больше похожим на грязную воду из лужи.
Очевидно, люди делятся на тех, кто все время ходит, и тех, кто постоянно сидит, и если ты из последних, то тебе приходится проводить все свое время в обнимку с кофеином из кофе-машины.
Она огляделась, эмоции, заполнявшие это место, походили на плесень, что прорастает от вонючей воды.
Для людей, проходивших через ту дверь, в этом помещении происходили плохие вещи. Разбивались сердца. Ломались жизни. Миры уже никогда не возвращались в прежнее русло.
Не кофе нужно поить этих людей перед тем, как они сделают то, ради чего пришли сюда, подумала она. Они и так нервничали.
– Сюда.
Де ла Круз повел ее в узкую комнатку, обоями в которой, по ее мнению, служила клаустрофобия.
