– Ага. – Букмекер взглянул на мавров. – Слушайте, может, скажете, в чем дело?
– Я хочу, чтобы ты спел для меня.
– То есть, как на вечеринке? Потому что для тебя я сделаю что угодно, ты ведь это знаешь, босс. Тебе лишь нужно попросить… то есть, это не обязательно.
– Не на вечеринке, хотя мы вчетвером насладимся твоим выступлением. В качестве компенсации того, что ты украл в прошлом месяце.
– Я не крал… – побелел букмекер.
– Нет, крал. Видишь ли, айЭм – блестящий бухгалтер. Ты каждую неделю приносишь ему отчеты.
Сколько, что и кому отходит. Думаешь, никто не владеет математикой? Основываясь результатах игр в прошлом месяце, ты должен был заплатить… сколько там, айЭм?
– Сто семьдесят восемь тысяч четыреста восемьдесят два доллара.
– Запомни, – Рив с благодарностью кивнул айЭму. – А вместо этого ты пришел с… какая там сумма?
– Сто тридцать тысяч девять долларов восемьдесят два цента, – отчеканил айЭм.
– Он ошибается. Он добавил… – тут же заговорил букмекер.
– Догадайся, сколько не хватает… хотя ты и так знаешь.
айЭм?
– Сорок семь тысяч пятьсот долларов.
– Получается, двадцать пять тысяч под девяносто процентов. Так ведь, айЭм? – Когда мавр кивнул всего раз, Рив уперся тростью в пол и встал на ноги. – Что, в свою очередь, является учтивой ставкой, установленной толпой Колди. Тогда Трэз немного покопался, и что ты нашел?
– Мой человек Майк говорит, что дал этому парню взаймы двадцать пять штук прямо перед «Розовой Чашей».
Рив оставил трость на стуле и вышел из-за стола, для равновесия держась за него одной рукой.
Мавры вернулись в позу, окружив букмекера и вновь взяв его под руки.
Рив остановился прямо перед парнем:
– И поэтому я спрашиваю еще раз: ты думал, что никто не станет перепроверять расчеты?
– Преподобный, босс… пожалуйста, я собирался вернуть…
– Да, именно так ты и сделаешь. И вернешь мне деньги за гребаных мудаков, которые пытаются надуть меня. Сто пятьдесят процентов к концу месяца, или тебя, разрезанным на кусочки, посылкой вышлют жене.
И еще, ты уволен.
Парень разревелся, и слезы эти не были крокодиловыми. Они были настоящими, когда из носа течет, и опухают глаза.
– Пожалуйста… они навредят мне…
Рив выбросил руку и сжал ее в кулак между ног парня. Раздавшийся визг подсказал ему, что хоть сам ничего не мог чувствовать, букмекер чувствительностью обладал, и давление приходилось на верное место.
– Мне не нравится, когда у меня крадут, – сказал Рив мужчине на ухо. – Жутко бесит.
