Отпусти - это всего лишь слово (СИ)

 

- Ник, мясо сгорит, - Сашка смеётся, нехотя освобождаясь из плена моих рук, ног, зубов, ухватившихся за воротник рубашки и не желающих разжиматься. 

- Разлука глаз пяти секунд с тобой, мучительна как вечность. - бормочу грустно рассматривая, как он суетиться над сковородой, высыпая морковку, помешивая.

- Нахуй мясо! - твёрдо произносит Санька и загребает меня в себя. - Буду кормить тебя собой, - выдыхает он счастливо и кажется я не против. 

- Я тебя сейчас съем, Сашка! - Я повисаю на нём как влюблённый тузик на тряпке.

 

Но мой прекрасный Мефистофель никогда не позволит этому произойти. И шмотки плавно усеивают дорогу от кухни до спальни, длинной в два этажа. Последним препятствием стал носок, который Сан умудрился стащить с меня в полёте, попутно выскользнув из собственных штанов, и дальше мы растянулись на полу, так и не сумев доползти до конечного пункта назначения. 

Ощущаю себя ходячим банком спермы, в который регулярно делают вливания помимо опустошения так сказать естественных активов. 

Но вот только мне хочется получить эти активы естественным путём, а Сан как собака на себе, ни сам ни ест, ни мне ни даёт.

   Я стоял посреди кухни с глубокомысленным видом поедая печенюшку, и щёлкал пультом от телика, переключая каналы в поисках интересного. Сан смотылял по магазинам, сообщив что поедет в центр, а памятуя, чем закончились все предыдущие наши с ним походы, я предпочёл остаться дома. 

Нездоровая мания Сашки тратить на меня деньги, начала находить тихий протест. Из него бы получился хороший отец, просто уверен в этом.

Заведи Сан семью, его чадо бы не знало отказа на в чём, и несомненно было бы счастливо, что касается меня я тихо стервенел. А вот Саньку пёрло и злиться на играющегося ребёнка было совершенно невозможно. Оставалось принять со вздохом обречённой покорности судьбе, тем более что судьба весьма так нехило баловала. Услышав поворачивающийся в замке ключ, я разулыбался. Непроизвольно от уха до уха.

- Я дома! - Голос был абсолютно не Сашкин. Более того, голос принадлежал девчонке, послышался лёгкий грохот перетаскиваемой через порог тележки.

Я растерялся, не зная, как реагировать. В одну секунду состояние привычной расслабленности покинуло меня, я напрягся, ощущая себя чужеродным элементом, испытывая неловкость, как будто меня застигли за непотребным занятием. Я ведь был лишним здесь, чужим, а голос судя по проскользнувшем в нём безмятежным интонациям принадлежал хозяйке квартиры или кому - то имеющему к ней отношение.