Отравленные джунгли

 – Думаешь, ты самая умная, со своими листовками и слухами? Я знаю, кто твой отец, он в моих лапах, и я могу убить его, когда захочу… а могу и дать вам встретиться! Хочешь – возвращайся в улей, и я… – Голос его вдруг ослаб и прервался, тело обмякло, голова с повязкой на глазах откинулась на сырую траву.

Росянка судорожно схватилась за лапу Ивы, ощущая удары сердца, на этот раз такие же частые, как у неё самой.

Принцесса повернулась к Боярышнику.

– Ну как, сработало?

– Думаю… кажется, да.

Пленный ядожал вдруг задёргался, словно рыба, выброшенная на берег. Повернулся на бок и часто задышал, жадно хватая пастью воздух.

– Что… со мной? – выдавил он хрипло. – Где я? Почему тут… так мокро?

Сделав знак остальным отойти, Сверчок присела рядом и сняла с его глаз повязку.

– Как тебя зовут?

– Землемер… из улья Жужелицы. А ты кто?

– Я Сверчок из улья Цикады. Как ты себя чувствуешь?

Он помолчал.

– Странно как-то… пусто внутри. Почему я связан?

– Знаешь, зачем ты здесь?

– Нет! Не знаю даже, где это – здесь.

– Постарайся вспомнить. Ты занимался своими делами у себя в улье, а потом у тебя в голове оказалась королева Оса – правильно? Что она тебя заставила делать?

– Ах да… так и было! Нас призвали. Я помогал дочке готовиться к школе… Светлячок! Где она? – Дракон попытался вскочить на лапы, но упал и забился в путах.

– Светлячок – твоя дочь? – Сверчок с жалостью погладила соплеменника крылом. – Не бойся, мы постараемся её спасти.

– Её тоже взяли… – Голос ядожала звенел от волнения. – Нас всех. Похоже, Оса призвала всё племя. Мы летим на войну? Как же так, Светлячок ещё совсем не умеет драться… я должен её разыскать! – И снова забился на земле, стараясь освободиться.

– Никакой войны не будет, – успокоила его Сверчок, – мы её остановим. Ты нам поможешь, если я тебя развяжу?

– Кому это – вам? – спросил он опасливо.

– Мне и листокрылам… Ты должен обещать, что не тронешь никого из листокрылов!

– Обещаю! Клянусь! Мне вообще неохота ни с кем драться.

– Мы все хотим домой, – вздохнула Сверчок.

Росянка ощутила прилив знакомого гнева. Вот чего, значит, они хотят? Вернуться в свои счастливые ульи и забыть о том, как едва не уничтожили нас? А как же справедливость, как же возмездие?

Она знала, что сказал бы на это Синь: «Эти ядожалы – не враги нам, враг только Оса».