– Сейчас ты намного свободнее себя чувствуешь, – заметил Макс. Боже, о чем он? Я пью шампанское, в недоумении хмуря брови. – Тебе нравится внимание?
– Мне нравишься ты, – отвечаю я. Кончиками пальцев провожу по его щеке, быстро целую в губы, замечая, как темнеет синева его глаз. Продолжаю нашептывать. – Хочу признаться, что с утра уже мечтаю о брачной ночи. Кстати, ты так и не сказал, куда мы поедем после праздника.
– Ты будешь довольна, – Макс туманно улыбнулся, – тебя ждет самая волшебная брачная ночь.
– Еще волшебнее, чем обычно? – тихо спросила я. Макс сжал мою ладошку, подушечкой большого пальца провел по внутренней стороне запястья. У меня аж волоски на затылке встали дыбом. Мы улыбнулись друг другу интимно, как сговорившиеся любовники.
Я, наконец, обратила внимание на гостей и ведущего. Многие уже чуток захмелели, кто-то танцевал. Мила болтала с высоким стильным парнем. Совершенно случайно мой взгляд остановился на высокой фигуре под деревом, в отдалении от свадебных шатров.
– Ник, – удивленно вырвалось у меня."
"Это был он – Никита Кравченко. В строгом костюме стального цвета и с букетом белых орхидей. Смотрел на меня. Может быть, уже давно. Пришел поздравить, но не осмелился подойти. Макс рядом со мной заметно напрягся. Я не хотела сцен. Не время и не место. И повода нет.
– Я должна поздороваться, – прошептала я мужу. Он смотрел мне в глаза, не моргая.
– Ничего ты не должна, – бросил Макс, не скрывая раздражения.
– Как вежливая хозяйка праздника я….
– Иди, – не дал мне договорить.
– Ты не обидишься?
– Иди, я сказал, – в глазах не отразилось ровным счетом ничего. Он снова закрылся. Я боялась, когда видела подобный пустой взгляд.
Я колебалась, не забыв последнего завихрения Макса, после моего случайного разговора с Константином Старостовым. Взглянув на одинокую фигуру Никиты Кравченко, я нервно повела плечами, нельзя сделать вид, что его нет, что я не заметила.
– Извини, – прошептала, коснувшись губами щеки Макса.
Он повернул голову, встретив мои губы, и успокоил сердце, прошептав ласково:
– Все нормально. Я понимаю.
Я шла медленно, мешал длинный подол, который приходилось в прямом смысле слова тащить за собой. Мила хотела пойти со мной, тоже заметив брата, но я не желала лишних глаз и ушей.
Я не видела Ника несколько месяцев, но казалось, что прошла целая жизнь. Вряд ли он понимал, что к нему приближается совершенно другая девушка, едва знакомая, чужая.
