Ты не поверишь, но найти толкового секретаря в наше время очень сложно. Марша не справлялась, а Фрея отличный специалист, чего не скажешь о ее моральных качествах.
– Это некрасиво, Эванс. Говорить о моральных качествах Фреи и их отсутствии. Она была в нашем доме, спала с тобой, и не тебе судить ее.
– Это еще что? Ты заступаешься за нее?
– А почему, по-твоему, она послала мне запись с вашими развлечениями?
– Потому что я уволил ее вчера.
– Нет. Ты причинил ей боль. И даже не заметил. Она просто мстит за разбитое сердце.
А ты не видишь. Ты просто эгоист, Эванс. Ты взял ее на работу снова, дав надежду. И лишил ее. А почему ты ее уволил?
– Развратные действия с сотрудником на рабочем месте. Не со мной, разумеется. Но я не так жесток, как ты думаешь. В качестве компенсации морального вреда, компания оплатила ей тур на Багамы на целый месяц. Кстати, мы даже вылетели в одно время, но в разные направления. Мила тебе подтвердит каждое сказанное мной слово.
– Ну, конечно, у тебя на все есть оправдания, – выдохнула я, зарывшись руками в волосы.
Да, он не лжет, но мне не легче. Совсем не легче.
– Мне не в чем оправдываться, Энжи, – мягко произнес Макс, – У меня есть только ты. Я никогда тебя не предам."
"– Какие громкие слова. Как из сопливой мелодрамы. Еще поклянись честью, – я злилась, несмотря на то, что он убедил меня в своей невиновности, я злилась. И мне хотелось, чтобы и ему было плохо, как и мне. Целые сутки я верила в то, что он снова мне изменил. Раньше я не была такой…. Неужели мои розовые очки померкли? Так быстро.
Может быть, завтра я проснусь и пойму, что больше его не люблю?
– Ты расстроена, Энжи. Я понимаю, – терпеливо продолжил Макс, – Отвратительно, что тебе пришлось это увидеть. Я постараюсь больше не огорчать тебя.
– Не давай обещаний, которые не исполнишь, – хмуро отозвалась я, – Ты только и делаешь, что огорчаешь меня. Макс…, – перевела дыхание, проглотила подступившие слезы, – Мне очень плохо. Не знаю, кто в этом виноват. Может быть, мы поспешили….
На том конце повисла пауза, а я уже жалела о сказанных в сердцах словах.
– Ты, о чем, вообще? – спросил он. Тон голоса заметно изменился, но я не могла уловить, в чем именно состояла перемена. По коже побежали мурашки.
– Извини, сорвалось, – прошептала я, чувствуя себя дурой, – Приезжай скорее домой. Мне нужно, чтобы ты был рядом.
– Еще пару-тройку дней, малыш. Я сделаю все возможное, чтобы ускорить отъезд. Прости меня. Пожалуйста, Энжи. Не сердись.
– Хорошо. Я буду ждать…. Снова.
