Макс встал возле камина, щелкнув выключателем.
– Холодно, – пояснил он.
Мог бы не говорить. Меня уже давно колотило и от холода, и от нервного напряжения. Не знаю, процент которого чувства был выше, но вид пламени, хоть и искусственного, немного меня успокоил. Макс продолжала смотреть на меня, не моргая, как удав, гипнотизируя потенциальную жертву. Одна рука в кармане стильных темно-синих брюк, другая – небрежно лежит на столешнице над камином. Идеальная лепка лица, подтянутая спортивная фигура, современный деловой стиль.
Прям кадр из модного журнала. Хозяин жизни, мать его. Давай, Лика, злись. Не будь размазней!
– Говори, – приказал он, показательно взглянув на дорогие часы на запястье.
– А тебе нечего сказать? – спросила я, оторопев от подобной грубости и наглости.
– Тебе стает легче, если я извинюсь? Встану на колени или вскрою вены? – от иронии в его голосе хотелось выть.
– Нет, – возмутилась я.
– Тогда не вижу смысла в продолжении. Если, конечно, ты пришла за извинениями.
– То есть для тебя твой поступок является совершенно нормальным? – повышая тон, спросила я.
Макс отвел взгляд, снова каменея.
– Нет. Я перегнул палку. Мне жаль. Тебя устроит такой ответ?
– Нет!"
"– Что ты хочешь? Тебя не устраивает банальное извини, не устраивает, если я встану на колени и вскрою вены. Я кто угодно в твоих глазах, но мы оба знаем, что дураком назвать меня сложно. Я прекрасно понимаю, что любые слова и поступки не изменят того, что уже произошло. Чтобы я не сделал, ты решение приняла. И все же ты здесь.
Хочешь, чтобы я отговорил тебя?
– Ты ведешь себя так, словно мы не женаты. Словно тебе все равно, – пискнула я. Слезы обиды накатили на глаза. Глупая затея приехать сюда. Пошел он к черту.
– Скажи, что хочешь остаться моей женой, и мы поговорим, – произнес он так, словно собирался подписать очередную сделку. Он непробиваемый. Совершенно пустой человек.
– Никогда не думала, что смогу ненавидеть тебя.
– Лучше бы ты поняла раньше, что ненависть безопаснее любви, – холодно отчеканил Макс.
– Мы поговорили? Ты получила извинения от меня. Я дам тебе развод и столько денег, сколько скажешь. Я признаю полностью свою вину в том, что наш брак не подлежит восстановлению.
– Ты говоришь о нас, черт возьми! – закричала я, срываясь на плачь, – О нас, а не о каких-то чертовых вещах. Это не хренов бизнес-план, это мы, это наши чувства. Наше будущее. Макс….
– Нет никакого будущего. Ты свободна, – по слогам произнес он. Безжалостный ублюдок. У меня началась истерика.
