Коллеги Макса, как я понимаю.
– Ага, на твоей вечеринке, – усмехнулась Мила. – Этот перец в своем репертуаре. Мог бы хоть раз сделать исключение.
Никита раздраженно промолчал, взял Лику за руку.
– Я хотел бы украсть тебя сегодня, но не уверен, что получиться, – глядя на нее, произнес он. Видит бог, она хотела того же. Единственный шанс, не стать призом для другого.
– Ты такая красивая, дух захватывает, – прошептал, склонившись к ее уху.
– Давай попробуем, – одними губами произнесла девушка. Но он понял ее.
Улыбнулся, широко, искренне и нежно. – Чуть позже, – добавила Лика.
– Я отвлеку гостей, – вызвалась в помощницы Мила. Она тоже сияла, вдохновленная общим замыслом. – У меня для тебя подарок, – достала из сумочки бархатный мешочек, вложила в руки имениннице, – Открой.
Энжи робко улыбнулась, облизала пересохшие губы. Потянула за шнурок. Перевернула. На ладонь выскользнула маленькая брошка в форме солнышка. Белое золото, украшенное стразами Сваровски. Подарок подходил к ожерелью и серьгам, которые заставил ее надеть Макс.
Анжелика поцеловала Милу в щеку, прижимая украшение к груди.
– Буду носить ее всегда, – пообещала она. Мила мягко рассмеялась.
– Всегда не надо, но мне будет приятно видеть брошь на тебе в уместных случаях."
"– Я тоже не с пустыми руками, – вмешался Ник, привлекая внимание девушек. На стол легла маленькая темно-синяя коробочка. Лика видела такие в кино. Напряглась. Испугалась. Открыла. Колечко с небольшим брильянтом.
Скрыв облегчение, улыбнулась. Не обручальное. Вот дурочка! Надела на палец, нежно и благодарно коснулась губами щеки Ника.
– Спасибо.
– Ты заслуживаешь большего. И у тебя все будет. Просто подожди немного.
– Мой рыцарь, – прошептала Анжелика. Взгляды встретились…. Она ждала…. Волшебства, наваждения, томления, нежности и желания. Но испытывала неловкость от того, что не чувствует ничего, кроме благодарности и теплоты. И самой неловкости. Ей стало страшно. Анжелика по-прежнему улыбалась Никите, но внутри обмирало сердце.
Она никогда его не полюбит так, как он того хочет. Можно попытаться, попробовать, заставить себя, обмануть собственные чувства. Он хороший, он достоин. Разве нужно что-то еще?
Потом к ним присоединился Эдвард Эванс с ослепительно-рыжей женщиной. Смеялся и шутил, выглядел счастливым. Он был на своем месте, в мире, к которому успел привыкнуть и не понимал, что кто-то может не хотеть там быть.
