— Ха, вы чо — телефонный аппарат грабанули?
У меня сердце ёкнуло. Откуда он мог узнать, неужто по городу уже розыск идёт? Потом по ухмылке понял, что он спросил просто так, подначивая.
— Да нет, карасю одному брат меньший прислал, он у него в бутылке их собирал, а чего теперь с ними делать, он и не знает, вот и попросил этот вопрос порешать.
— Да без проблем, два рубля с десятки — мне! Если расценки устраивают, после общего построения подгребайте к парку к КТП (контрольно-технический пункт), мы там на инструктаж будем строиться, гоните башли, а на ужине я отдам бумажки.
Есть у меня армян-киосочник знакомый, мелочь берет, не считая, так что вопрос говно, но я-то за работу тоже должен иметь.
— Ого, давай рубль, мне, сам понимаешь, тоже с карася надо слупить чутка — хочу в субботу к вам на видик прийти.
— Хитёр бобёр, давай рубль, тебе скидка.
На том и порешали. Сразу всю мелочь отдавать не решались, мало ли что, вдруг обманет, потом придётся разбираться, а может и драться, а мы после воскресной драки ещё не отошли.
Я его заинтересовал материально, намекнув, что мелочь еще не вся и наверняка придётся менять еще. После построения Поповских поставил мне задачу взять нарисованный плакат и прибыть с ним к штабу, он там будет меня ждать у входа. Поэтому пришлось закидать одиннадцать пакетиков по рублю в противогазную сумку и с озабоченным видом и бешеными глазами сломя голову мчаться через всю часть к парку. Водители, собирающиеся возле КТП, мирно покуривали и на передачу «золотого запаса» не обратили никакого внимания.
Наверняка такие «передачи» различного характера и содержания здесь происходят постоянно. Через пять минут, я, взмыленный, с плакатом под мышкой стоял возле штаба и, как заведённый, вскидывал руку к пилотке, отдавая честь заходившим в штаб офицерам. Поповских подошёл и потащил меня за собой. В штабе я был в первый раз и с интересом пялился на дежурного за стеклянной перегородкой, бравых матросов в парадных форменках, стоявших штабную вахту. Поднявшись по трапу на второй этаж, капитан-лейтенант завёл меня в какой-то кабинет, уставленный столами и увешанный плакатами.
Офицеры, работавшие за столами, приветствовали каплейта довольно фривольно:
— Привет, Володя! Ну что, утверждать пришёл? Давай, показывай свои мазилки, сейчас шеф подойдёт — смотреть будет."
"У меня в животе захолодело. Поповских так и не удосужился проверить мою «мазилку», а вдруг я сделал что-то не так. Подводить командира не хотелось.
