Отрок. Перелом

И не более того!

– Ага… – было очень заметно, что Анька, стараясь угодить Арине, с трудом удерживается от жестикуляции и от того, чтобы не сбиться на привычную скороговорку, Похоже, внимательный и доброжелательный собеседник был для нее внове, и ей явно нравилось, что с ней разговаривают столь серьезно, даже украдкой глазами по сторонам шарила – видит ли кто, как степенно она водит по крепости приезжую. Ну и про разговор не забывала.

– Он вообще-то ругается часто или насмешничает так, что лучше бы отругал, но не бьет отроков почти никогда! А девиц и вовсе ни разу за все время! Даже пальцем не прикоснулся! А еще, мне Никола рассказывал, если кто-то из отроков затоскует или еще чего-то… ну, бывает же такое… не знаю, как сказать…

– Понятно, понятно! – откликнулась Арина.

– А он сядет с таким отроком где-то в уголке и разговаривает, но сам почти ничего не говорит, а только слушает. Долго так сидят, а отроку потом сразу легче становится. В общем, добрый он… – в голосе Аньки снова послышались слезы, – а меня не любит.

– Опять про то, что ты боярышня, позабыла, – тем не менее насмешливо напомнила она Аньке, отвлекая девчонку от нахлынувшей жалости к себе. – Ничего, ничего, это не сразу дается, привыкнешь понемногу… Ну так что? Неужто Михайла за тебя бы в случае чего не заступился? Ну, хоть вот даже и перед матушкой?

– Да ну его… Он бы и заступаться не стал – просто оборотил бы все в смех или вовсе в несуразицу какую.

– Да разве ж так заступаются? Так… вроде бы играючись, мимоходом.

– А тебе обязательно надо, чтобы со страстями, с криками, со слезами, а еще лучше, чтобы с рукоприкладством?

– Не-ет, зачем с рукоприкладством?

– А как же? Витязь прекрасный Зло поверг, а тебя на руки поднял, перед собой на коня усадил и повез… куда-то туда, где все будет сказочно и чудесно.

– Ну, когда ты так говоришь… – Анька залилась румянцем, и даже последний дурак бы понял: именно такую картину она себе в мечтах и представляла.

– В твои годы, Анюта, это каждая девица воображает, – Арина вздохнула и вдруг поймала себя на том, что говорит совершенно старушечьим тоном, копируя свою наставницу.

– Только вот что я тебе скажу, – усмехнулась она, глядя на насупившуюся сразу Аньку, – мечты эти сладкие, конечно, но сама подумай: а что потом? Ну, в сказке, после того, как этот самый витязь тебя куда-то привезет.