Отрок. Перелом

 – Да если он только позовет, пальцем поманит, меня не то что силком под венец, а не остановит никто, хоть даже и Лисовины, кабы они против были – сама за ним побегу! Какой демон? Глупости бабы болтают! Лицо его… голоса нет, но разве в этом дело-то? Да добрее и лучше его я никого в жизни не встречала! Люблю я его, больше жизни люблю! А ты… меня спасать решила… – и, махнув рукой, Аринка пошла прочь, оставив изумленную до глубины души и оглушенную ее признанием Плаву стоять с открытым ртом на пороге кухни…

Что бы там повариха после этого разговора ни подумала, а холопки все необходимое – миску с огурцами и капустными листами, бадейку холодной воды и кувшин воды горячей – принесли в опочивальню раньше возвращения Арины.

Миски с едой тоже стояли на столе и дожидались ее, прикрытые рушниками, как и кувшин с молоком. Анька свое уже доела и сейчас лежала на лавке, обложив лицо капустными листами и прикрыв глаза огуречными кружочками.

– Ты хоть умылась сначала? – озаботилась Арина.

– Угу, – пробурчала девчонка, придерживая рукой поползшую с лица капусту.

– Ладно, лежи, пока я поем.

После обеда, когда затихли на улице шум и голоса – отроки и девки опять разошлись на занятия с наставниками, Арина вместе с заметно успокоившейся и повеселевшей Анькой собрались на улицу: надо было продолжить разговор, а заодно и крепость повнимательнее рассмотреть.

– Матушка тебя и отпустила с занятий, чтобы ты мне тут показала все, – пояснила она девчонке. – А то я у вас человек новый, в воинских поселениях и не бывала никогда, ни обычаев, ни людей ваших не знаю.

А ты мне все и расскажешь.

– Да что тут рассказывать! – скривилась Анька. – Да и показывать особо нечего пока – стройка, бревна набросаны, да песок с глиной везде насыпаны. Развел Сучок тут грязюку! Как дождь прольет, так ног не вывезешь!

– Ну да, – ухмыльнулась Анька. – Закуп он… вся артель плотников – закупы, а он у них старшина. Они эту избу себе построили, да их матушка выгнала, велела перестроить тут все да нас поселила… у них внизу еще мастерская осталась, но и оттуда к зиме она их выставить хочет – я слышала, она Миньке говорила…

– Погоди! – оборвала ее Арина.

 – Забыла? Всего ничего – только обед прошел, а ты уже и забыла?

– Что? – испуганно захлопала глазами Анька.

– Где боярышня? Ну-ка – как женщина себя чувствует…

– …так она и выглядит, как выглядит, так и чувствует! – с готовностью подхватила ее провожатая, сразу принимая требуемый вид и старательно подражая при этом Арине.