Отрок. Внук сотника

Да!

– Так, а с этими что делать? Из десятка ушли, десятника нет – Лука, ты их к себе берешь, что ли?

«Сироты» нестройно загалдели:

– Хотим обратно Глеба десятником!

– Это как? Вы же от него ушли, а сотник вам разрешил себе десятника избрать.

– Да не уходили мы… его дома не было…

– Нет, вы слыхали? – Аристарх оглядел собравшихся, словно сомневался, что его слышно всем. – Десяток своего десятника найти не может! Вы что, все пьяные были?

– Искали мы… времени мало было, Лука торопил… ну вот… временно, в общем… думали: догонит.

– Глеб, ты где был-то?

В толпе послышались смешки:

– Ну мало ли… по делам… отлучился.

– Ага! У вдовца дел много!

– А как дело-то зовут?

– Так у него чуть не каждую неделю… новое дело. Не упомнишь!

– Хоть бы упреждал: сегодня, мол, такое дело, а завтра…

Аристарх немного послушал галдеж, потом хлопнул по столу ладонью.

– Тихо! Развеселились… Корней Агеич, десятник без десятка, десяток без десятника, да еще и обгадились. Позорище! До казни дело довели! И этот… кобелина, дела у него! Решай, сотник, время идет!

Дед с сомнением поглядел на оставшегося без подчиненных десятника:

– Глеб, порядок в десятке навести берешься?

Глеб угрюмо молчал, вместо него отозвались любители позубоскалить:

– А он с ними делами займется!

– Ага! И искать не надо будет, если что!

– То-то они мечтали, что догонит!

Аристарху снова пришлось прикрикнуть:

– Тихо! Глеб, тебе сотник вопрос задал! Чего молчишь?

Глеб развернулся и пошагал к воротам.

На дворе наступила тишина.  – Кхе! – дед проводил Глеба глазами и громко, специально, чтобы тот слышал, кинул ему в спину: – И не десяток был – дерьмо! – потом, обведя собравшихся глазами, обратился уже ко всем: – Слушать меня! Тихон, ставлю над этими балбесами тебя! Еще двоих возьмешь у Луки. Лука, согласен?

– Согласен, Корней Агеич! Пусть полный десяток будет.

– Дашь таких, чтобы помогли Тихону вразумить их. Тихон, подойди!

Тихон подошел, снял шапку, поклонился деду.

– Ратник Тихон, с одобрения воинского схода и по обычаям пращуров наделяю тебя властью десятника.

Десятку твоему быть по счету пятым. Срок власти твоей – год. Через год, собравшись здесь же, ратники сами скажут свое слово: согласны ли они и далее служить под твоим началом, желают избрать себе нового десятника или хотят перейти в другие десятки. До того ты властен командовать, карать и миловать, власть твоя полная – вплоть до лишения живота за тяжкий проступок, трусость или неповиновение в бою.