– Более того, признаюсь, если бы не эта возня вокруг квартиры, мы бы не скоро вас просчитали.
– Не лукавьте, Александр Павлович, – усмехнулся Хромов. – Если бы не смерть Голда и не эти его сыночки-дебилы, вы бы никогда меня не просчитали. Да, собственно, а что было вычислять? – приподнял он вопросительно-иронично брови. – Я законопослушный гражданин, бизнесмен, налоги плачу исправно, участвую в благотворительных акциях, даже ни разу правил дорожного движения не нарушил, как любят говорить в американских фильмах.
– Ну, Константин Андреевич, вы мыслите как бизнесмен и лицо давно уже сугубо гражданское. Очевидно, что многое забылось со времен далекой службы, навыки стерлись, да и реалии тогда были иные, – улыбнулся ему с легким сочувствием, почти по-отечески, дознаватель. – Неужели вы думаете, что за давностью лет мы могли позабыть и выпустить из виду бывших подчиненных и сотрудников Чернова?
– А чего за ними следить? – пожал беспечно плечами Хромов. – Нас проверяли по всем протоколам не один раз, и мне совершенно нечего скрывать от бывшей Конторы, которой, в свою очередь, мне нечего инкриминировать.
– У нас имеется иная информация, – уведомил Хромова второй дознаватель. – К тому же за двадцать пять лет кое-какие точки совпадения интересов в паре проектов возникали у нашего учреждения с господином Золотарёвым. О которых, как мы понимаем, вас он в известность не ставил. И некоторой информацией о своих партнерах, в том числе и о вас, ему пришлось поделиться.
– Да и наследили вы, Константин Андреевич.
– А вот это нет, – покачал отрицательно головой Хромов, холодно глядя на старшего офицера. – Я ошибок не допускаю.
– Данное убеждение и есть первая и самая большая ваша ошибка, – остудил его напор Александр Павлович. – Вам, как бывшему служащему контрразведывательного отделения, должно быть известно про так называемый «комплекс бога», возникающий у некоторых специалистов, долгое время не знавших неудач и проколов, вдруг почувствовавших себя неуязвимыми, самыми талантливыми, самыми удачливыми, способными переиграть любого противника влегкую.
Это уже профессиональное выгорание. С вами произошло нечто подобное, только на иной почве. За долгие годы сытой, благополучной жизни, за отсутствием настоящего дела, требующего постоянного напряжения ума, применения знаний, вы утратили качества и навыки специалиста высокого уровня, позволяя себе где-то схалтурить. И допустили небрежность.
