""Интересно, - прервал сам себя Оскар, снимая курящего Артемом, - а что это он около бара стоит и на часы смотрит? Дашеньку, что ли ждет?! Ого, я ее сейчас на камеру засниму!"".
Однако ждал его соперник вовсе и не Дашеньку, а совершенно другого человека. Спустя пару минут камера зафиксировала сэра Видарта, которого Оскар безумно уважал, считая старшим товарищем по творческому цеху.
""Они знакомы? Вот ужастик"", - мысленно продолжал удивляться поэт, видя, как парни крепко пожимают друг другу руки. И, судя по довольно-таки ехидным усмешкам, обмениваются любезностями.
Оскар тут же решил пообщаться с Видартом, глядишь, может быть, и выяснит он что-нибудь про наглеца, который увел его строптивую любимую. Да и свои стихи Максиму можно будет показать!
Парни, разговаривая, вошли в кафе-бар и оказались в полутемном, стилизованным под старину зале для курящих. Они уселись за крайний столик, закрытый от посторонних глаз резной деревянной перегородкой, обвитой плющом. Оскар, не выпуская из рук камеру, целеустремленно зашагал в их сторону.
Он совсем уже было собирался подскочить к готу, но тут услышал странный разговор. Настолько странный, что Оскар даже замер, не дойдя до столика.
- Ну что, друг мой. Что случилось? - спросил Видарт у Артема. Молодые люди не замечали Оскара, скрытого перегородкой и растениями.
- Сейчас узнаешь.
- А я и так знаю. Замучила совесть из-за Дарьи? - прямо спросил Макс. В его голосе проскользнуло понимание. Услышав имя любимой, Оскар весь внутренне подобрался.
- Боишься, что она обо всем узнает? - продолжал Видарт.
"
"- Не узнает, - уверенно произнес второй парень, куря, наверное, уже четвертую или пятую сигарету подряд. - Она ни о чем не узнает, гот.
- Тайное всегда становится явным, Богиня.
- Если ты еще раз назовешь меня так, не досчитаешься клыков, - предостерег его Артем, стряхивая пепел. - Короче, расскажешь что-либо Даше, я тебя могильную землю заставлю есть.
- Какой же ты стал правильный. Ай-ай-ай. Тебе надоело играть свою роль? А говорил, тебе будет весело.
- А это не надоело?
То, что ответила Видарт, Оскар, к сожалению, не услышал.
- Кстати, моя змейка нашла наручники. - Было следующей фразой, которой поэту и его камере удалось разобрать.
- Макс, ты такой же ударенный, как и в школе! - Заржал Артем.
- Вообще-то они не мои, - отозвался Макс. Артем что-то тихо произнес и опять засмеялся.
В это время к их столику направился чинный официант, и сверх меры обалдевший Оскар немедленно ретировался, чтобы его не засекли.
