Оттенки страсти

Да и сам солнечный диск, погруженный в неяркое марево собственного света, был похож на юную дебютантку, впервые приглашенную на взрослый бал.

На бульварах уже бойко торговали цветами. Лотки были буквально завалены охапками золотистых нарциссов. Греческая мифология сохранила поэтические легенды о том, что нарциссы, эти вестники весны, расцветают везде, куда ступила когда-то босая нога красавицы Персефоны, дочери Зевса и Деметры, когда она вырывалась из заточения в мрачных подземельях Аида, чтобы на короткое время снова вернуться на землю и повидаться с матерью.

О, как не хватает нам этого золотистого изобилия долгими и холодными зимними вечерами.

Если посмотреть вверх, туда, где раскинулся парк «Буа де Винсен» с его роскошными аллеями, покрывшимися первой зеленью, и с переливающимися всеми цветами радуги фонтанами, можно разглядеть причудливые очертания деревушки Сен-Клу, раскинувшейся на одном из дальних склонов Монмартра. Дома в живописном беспорядке сбегают вниз, к самой реке, петляющей между пологими склонами, мимо собора Сакре-Кёр и примостившегося по соседству монастыря.

Из века в век лишь монахини в темных облачениях скользили, словно легкие тени, под высокими сводчатыми арками старинных зданий из серого камня, украшенных цветными витражами. Вокруг монастыря, куда ни кинь взгляд, везде сады, идущие до самого горизонта, бесчисленные цветники и клумбы, ухоженные лужайки, радующие глаз яркой зеленью газоны. Они окаймлены живой изгородью из вековых тисов, хранящих под сенью своих густых крон сердечные тайны не одного поколения монастырских послушниц.

Но сегодня на монастырском дворе слышится звонкий молодой смех и легкий топоток десятков бегущих ног. Так могут смеяться и бегать лишь те, кто с жадностью устремляется навстречу жизни, в ком бурлит молодая кровь, кто не может степенно вышагивать под резными сводами старинных построек.

Да разве можно бесцельно тратить время, безропотно ожидая небесного воздаяния? Когда она еще придет, эта слава Господня! Узкие длинные комнаты-дортуары заполнены хрупкими фигурками юных воспитанниц, издалека напоминающих танцующих сильфид.

Девушки шумно переговариваются друг с другом, выбегают в коридор, снова возвращаются, о чем-то весело щебечут в счастливом предвкушении предстоящих каникул. Старинная дубовая лестница, по которой когда-то ступала сама королева, по которой украдкой кралась убийца, надеющаяся найти в монастыре спасение от грозящего правосудия, сотрясается под ногами весело галдящих девочек.