Похожий рос в оранжереях Королевской академии. Да, он бы усовершенствован магически, но говорят, дикорастущий обладал гораздо большей силой.
“Если правильно составить формулу, можно разорвать магические нити, связывающие Алистера и Гая!” – эта мысль ослепила, словно вспышка молнии.
Вот он шанс!"
"Меня находка так воодушевила, что я едва не запищала от восторга.
Осторожно, стараясь не повредить нежные побеги, я сорвала несколько листочков.
– А это ещё что? – раздался рядом недовольный голос Марты.
Она сморщила нос – несмотря на удивительные свойства, золотистый плющ обладал довольно неприятным запахом – резким и терпким.
Пришлось взять себя в руки.
“Спокойно, – мысленно велела я себе. – Нельзя себя выдать”.
– Да так, обычный плющ, – небрежно пожала плечами, будто эта цепкая, ползущая зелень – самая заурядная вещь на свете. – Встречается иногда…
– Плющ? – Марта подозрительно сощурилась. – Но ведь из него готовят яды! Ты что отравить кого-то решила?
– И в мыслях не было. Из него делают зелья против лихорадки.
Напряжение, исказившее лицо женщины, постепенно отступило, уступая место настороженному спокойствию.
– Ладно, пойдём дальше, – буркнула она, делая шаг в сторону леса.
– Постой, – окликнула я Марту, пока мы не отошли слишком далеко. – Вон там растёт календула. Она отлично помогает при воспалениях и ранах.
Женщина остановилась, бросив на меня презрительный взгляд:
– Думаешь, я не знаю, что такое календула?
Я промолчала, опустившись на колени, чтобы срезать несколько цветущих стеблей.
– Знаешь, – вдруг заговорила Марта, подойдя ближе. – Алистер – удивительный человек. Настоящий лидер. Он заботится о каждом в поселении.
Я замерла, не поднимая головы.
– Он благородный, справедливый… Всегда держит своё слово, – продолжала женщина. – Ты даже не представляешь, сколько он сделал для нас всех. Как много значит для поселения.
Странно, но сейчас Марта напомнила мне добропорядочную сваху, расхваливающую жениха на ярмарке. Но голос звучал неестественно и сухо, словно она читала текст с невидимого листка… словно её заставили говорить всё это.
– И знаешь что? – Марта шагнула ближе, и на её лицо легла тень, сделав морщины вокруг рта глубже и резче. – Я никому не позволю причинить ему вред.
Голос, только что ласковый, стал жёстким, как лезвие ножа. В нём звенела сталь, а в воздухе повисла угроза.
Я медленно поднялась на ноги.
– Я защищаю его. Всегда защищала, – в глазах Марты появилось что-то дикое, почти безумное.
