Управляющий расплылся в улыбке, когда парень дал ему на чай золотую монетку, а я в очередной раз порадовалась, что в наших руках отныне не просто деньги, но и, благодаря им, безграничная власть.
Когда же управляющий ненароком перевел взгляд на меня, его лицо застыло и превратилось в маску, а левый глаз дернулся.
Я напряглась и вопросительно выгнула бровь. Мол, в чем дело? Отчего настолько… презрительный взгляд?
Мужчина развернулся и с деловым видом наклонился к Уильяму, доверительно ему прошептав:
— Ваша Светлость, простите за дерзость, но… дамы, которых вы обычно приводите, гораздо более симпатичны и, я уверен, опытны.
Я всегда восхищался вашим вкусом на женщин, но на сей раз… Неужели в доме терпимости не осталось симпатичных девушек? Я могу помочь: в соседнем здании поселилась невероятная звезда и мечта любого мужчины — божественная Мирабелла!
Управляющий говорил приглушенно, но не настолько, чтобы я не услышала. Наверное, он делал так нарочно, чтобы унизить меня, но… очевидно просчитался.
Уильям побледнел и сжал кулаки. Глаза его опасно сверкнули, зрачки начали удлиняться, принимая форму веретена, и я с легкостью представила, что прямо сейчас острые когти вопьются в горло этого глупого подхалима, и он лишится жизни за свое высокомерие.
А мы лишимся будущего.
Нет, так нельзя.
Бросилась к Уильяму, буквально повиснув на его руке и прижавшись к его груди.
— Дорогой, пойдем уже! Я так устала!!! — проворковала громко. — Боюсь, маменька отругает тебя, что загонял свою законную супругу до полусмерти…
Управляющий отшатнулся и побледнел…
— Супругу? — пораженно пробормотал он.
— Ах, простите… леди!
Он поклонился так низко, что я смогла во всех подробностях рассмотреть его лысину, а Уильям всё ещё тяжело дышал, пытаясь утихомирить разъяренного зверя.
Наконец, он смог взять себя в руки, а потом как-то робко и неуверенно меня приобнял.
— Пойдем, дорогая… — бросил он охрипшим голосом. — А то некоторые БЫВШИЕ работники гостиницы опять ляпнут что-нибудь оскорбительное в наш адрес…"
"Так и не разогнувшийся до сих пор управляющий пошатнулся, словно решившая покончить с жизнью Пизанская башня, и от падения в обморок его спасло, наверное, только чудо.
Я хихикнула, и мы с Уильямом, по-прежнему обнявшись, начали подниматься на второй этаж по широкой, изящно закрученной лестнице…
Глава 42. Близость душ…
Как только поднялись на второй этаж, поспешно разомкнули объятья.
