И пусть высшее общество меня оценивает низко, но я-то знаю, что всё это бредни сивой кобылы. Всё познается в сравнении. Поэтому сейчас у меня точно нет причин чувствовать себя отверженной.
Однако Уильям, похоже, принял мои слова превратно, решив, что меня задело презрение гнусного управляющего.
— Мне жаль, Натали, что тебе пришлось выслушивать этого никчемного человека. Похождения Вайлема отвратительны, но оскорбительное отношение управляющего еще хуже. Он обязательно будет наказан, я уж об этом позабочусь…
Мне пришлось жестом прервать этот эмоциональный поток речи, который, честно говоря, мне польстил.
Было безумно приятно, что Уильям так беспокоится обо мне.
— Всё в порядке, — улыбнулась я. — То, о чем я говорила, давно закончилось, и слова людей о моей якобы специфической внешности ничуть не задевают, можешь быть спокоен…
Но парень вдруг шагнул ближе и еще более взволнованно произнёс:
— Ты удивительно прекрасна, Натали, так что не слушай никого!
Выпалив это и обнаружив на моем лице удивление, Уильям жутко покраснел и… сбежал в ванную комнату якобы для того, чтобы умыться с дороги.
Я польщенно хихикнула. Что это было? Господи, я действительно вижу в нем четырнадцатилетнего подростка, который впервые делает комплимент девочке! Нет, он и раньше был галантен и очень внимателен, но сейчас, похоже, открыл глубины своих мыслей.
И что же это значит?
Сердце забилось стремительнее. Кажется, от четырнадцатилетней я тоже недалеко ушла.
Но когда парень вернулся из ванны совершенно спокойным и уравновешенным, я почувствовала разочарование.
Наверное, мне снова показалось…
* * *Мы прекрасно провели вечер. Поужинали прямо в номере, поговорили о жизни. Уильям рассказывал истории из своего детства, но ни разу не упоминал родных. Наверное, все они принесли ему слишком много боли, и он хотел бы забыть их навсегда.
Я тоже поделилась парой историй. Например, как дралась с соседскими мальчишками, когда они дразнили меня.
— Да ты боец! — восхитился парень.
— Никогда не видел таких девушек, как ты!
Я рассмеялась.
— Поэтому меня немного коробит от обращения «леди», — призналась я. — Называй меня просто по имени… можно даже не Натали, а Наташа."
"— Наташа? — повторил Вилли, словно пробуя на вкус мое настоящее имя. — Забавно звучит, необычно…
Я улыбнулась.
Чем больше мы общались, тем сильнее я чувствовала эйфорию рядом с Уильямом. Он казался таким сильным, надёжным, но при этом невероятно юным и неискушенным.
