Ожерелье из разбитых сердец

Все-таки я не сахарная Барби, а Волчица, которая живет среди Волков... но даже обычные волки привязываются к людям... Да-да, помню... я уже и это говорила...

Вечером того дня, которым заканчивались договорные две недели, я специально взяла отчет на дом и действительно принялась за графики. Мне хотелось, чтобы хоть что-то совпало со сладкими мечтами. Графики шли плохо. Спина, обращенная к выходу из комнаты, была напряжена. Уши, казалось, переехали на затылок. Все мое существо ждало звонка в дверь. Он не прозвучал ни в восемь вечера, ни в десять, ни в двенадцать.

В 00.30 я набрала номер домашнего телефона Феликса. Мне хотелось услышать, как он оправдывается, уверяя меня, что до завершения мероприятий ему не хватило одних суток. Всего лишь суток, а завтра...

Феликс так и не отозвался.

Бесстрастный голос робота мобильной связи утверждал, что абонент находится вне зоны доступа.

Швырнув мобильник в кресло, я бросилась к дверям из квартиры. Сейчас я вытрясу из этой дымной Надежды Валентиновны все! Я убью ее, если она не.

.. Она не... Конечно же, она не... Она НЕ станет со мной говорить о сыне. Она уже дала мне понять, что никогда его не предаст. А если я стану настаивать, Надежда Валентиновна на нервной почве впадет в очередной гипертонический криз, который и в самом деле может убить ее. Она еле-еле выползла из предыдущего... Нет, хватит нам могил Наташи и ее матери. Третьей не надо... А кроме того, не белый день на дворе...

В ту ночь я так и не смогла заснуть.

То разъяренной Волчицей металась по квартире, то рыдала в подушку, как обыкновенная обманутая и брошенная женщина. Часам к шести утра я вдруг успокоилась. В конце концов, Феликс мог не уложиться в две недели. Всякое бывает. Телефоны отключил специально, чтобы я не надоедала. Сегодня он обязательно позвонит сам и все объяснит.

В семь часов утра я пришла к выводу, что будет гораздо лучше, если я позвоню сама. Не сейчас, конечно... Перед тем как выйти из дома на работу, я и позвоню.

И он, конечно же, откликнется! А если не откликнется, то впадать в коматозное состояние тоже не стоит. Возможно, Феликс работал всю ночь и теперь отсыпается, чтобы вечером прийти ко мне с лилиями. Можно даже без обручальных колец в кармане. К черту кольца! Не в них суть!

Если бы телефоны Феликса не отозвались, то я, уговорив себя, пережила бы тот день еще довольно спокойно. Но они отозвались. Оба. И стационарный, и мобильный.