Ожившие кошмары

Сначала, что логично, подумалось: Александровка!

— Это какая? — прогремел на весь салон Егор Степанович, приобняв свою розовую коробочку и приготовившись бежать к выходу.

— Какая-никакая, — пробубнил водитель себе под нос и прокричал в ответ: — Не-ва-ша!

Количество света за окнами автобуса переходило все мыслимые размеры настолько, что казалось наступил день. Но благодаря плотному туману, разглядеть за окнами было ничего невозможно, словно они заехали прямо в светящееся облако.

— Будет ваша — сообщу! Ну, что вы там Агафья Никитична! Ноги не забыли?!

— Та иду, иду! Слав те хоспади, добралася!

Повязанная платком голова старушки резко нырнула под сиденье, и Егор Степанович услышал грохот, с которым тело упало на пол.

— Скок лет мучалась! Таплетки пила!

Упираясь руками, старушка выползла на середину салона. Нижняя часть ее тела кончалась длинной окровавленной юбкой, волочащейся за ней по салону сорок первого автобуса.

— А тут КАМАЗ! Трах-бабах! И нет старой бабки!

Старушка рассмеялась, и грустный водитель, верно, из уважения подхватил ее смех.

— Ну какая же вы старая, Агафья Никитична! Вам еще жить да жить! Да внуков нянчить!

— Так зачем все эти таплетки пила? Мучалася токма, да пенсию фсю тратила!

— Ну, пути Господни, Агафья Никитична, — понимающе кивнул грустный водитель. — Пути Господни.

— Спасибо тебе, мил человек! — сказала старушка, ловко спускаясь по ступеням на руках.

— Спасибо, и вам того же! — ответил водитель, махнув рукой на прощанье. — Ну, счастливо!

Двери с лязгом захлопнулись."

"Егор Степанович стоял в пролете, одной рукой схватившись за поручень, а второй прижимая к себе розовую коробочку. Он крепко-накрепко зажмурился, но перед глазами стоял красный след, тянувшийся за старушкой. Егор досчитал до десяти, а когда открыл глаза, сорок первый как ни в чем не бывало снова мчался сквозь непогоду.

Бритоголовый в дорогом костюме продолжал смотреть перед собой, покачиваясь вместе с автобусом, будто ничего особенного и не произошло. Осторожно придерживая розовую коробочку, Егор Степанович опустился на соседнее с мужчиной сиденье.

— Ты это видел? — шепотом спросил он.

Всем своим видом настойчиво показывая, что не замечает Егора, бритоголовый мужчина продолжал что-то шептать губами.