Озёрное чудо
0 прочтений
— Малой тихий-тихий, да в тихом омуте все черти водятся, — проворчала молодуха. — Себе не уме… Может и подслушать.
— Ванё-о… спишь? — спросил Илья.
Ванюшка хотел было ответить: «Сплю, братка…», но промолчал, лишь старательнее засопел, причмокивая губами.
— Спи-ит, как сурок.
Сердито забурчали пружины панцирной сетки, и в лад ей проворчала молодуха:
— Отстань, Илья, не лапай!.. Привык со своими… племенными телками…
— Ревнуешь? — усмехнулся Илья и тихонько, насмешливо пропел. — Ты не ревнуй, дорогая, к Черному морю меня…
— Нет, давай о деле поговорим…
— Пресная ты, Фая, и сухая, как зачерствелая лепешка…
— Зато твои ухажерки — горячие ватрушки из печи.
— Нет, давай поговорим. Надо же что-то решать. Я тут жить не могу.
Илья занервничал, поднялся с кровати, присел на краюшек.
— Вот ты все талдычишь — кочевать, а на кого мы Таньку с Ванькой оставим?!
— Кстати, ты вечно в разъездах и не знаешь, что они мне все нервы истрепали?!
Ванюшка мстительно затаился на своем топчане, скрадывая всякое слово про него и Таньку.
— Что вас мир не берет?.. Ребята послушные…
— Ага, послушные… Маленький — звереныш, не знаешь, что от него ожидать, чего он еще выкинет.
— Ванька-то?! — изумился Илья. — Тихоня… Бывало, не видать, не слыхать. Сидит в уголочке, из чурочек избушки ладит. Потом рисовать начал… Ох, девушка, не знаешь моих братьев — Егора да Алексея. С теми бы ты по-другому запела… Это они сейчас остепенились, а то бывало… Ладно, Степан — сызмала сердечник, потому и смирный, а Егор с Алексем, бывало, на Масленицу выйдут, дак вся братва деревенская дрожит.
— Ага, подарочек!.. — фыркнула молодуха. — Не знаешь ты своего брата. Он ведь, Илья, и на руку нечист… Третьего дня взяла в сельпо два-кила чернослива, пряников, конфет, ну и припрятала, — подальше спрячешь, поближе возьмешь, — так нет же, нашел… Сегодня сунулась в буфет, гляжу: мамочки родные, мешочки-то совсем отощали, — вытаскал… Но я теперь на мешочки хитрые узелки завязала, и себе на бумажку срисовала.
— А ты и не прячь. Выдай помаленьку, остальное, скажи, потом. Послушают.
— Этот воришка, а Танька… бестолочь. Как она еще в школе учится, ума не приложу.