Слушай и запоминай: можешь садиться куда угодно, но об этом столе забудь, если в будущем не хочешь заработать тебе кучу проблем, понимаешь меня?
Девушка хмурится и сильнее вцепляется руками в поднос, однако, с места не двигается. Новый приступ головной боли простреливает висок, и одновременно с ним начинает гореть щека, вызывая невыносимое желание приложить к ней бутылку с минеральной водой. Какого черта сегодня происходит? Мой организм устроил забастовку?
— Я Таша Эванс, — мой голос грохочет льдом, потому что я хочу, чтобы эта девчонка поскорее отсюда убралась.
— Найди себе какого-нибудь друга и пусть он расскажет тебе о том, кто я и что могу. Если ты хочешь без проблем учиться в этом университете, то лучше тебе со мной не конфликтовать. Считай это добрым советом. А теперь, оставь нас, пожалуйста. У нас с подругами важный разговор.
Не удостоверившись, что девица меня поняла, я разворачиваюсь с Майли и Дженне. Все эти люди слушаются меня, так или иначе. Вопреки тому, что обо мне говорят, я не получаю удовольствия от унижения окружающих.
Еще в школе я делала все, чтобы подружиться и понравиться каждому, но оказалось, что доброту и открытость мало кто умеет ценить. В средних классах Ванда Эббот и Стейси Чейз высмеяли меня глазах десятков школьников за то, что я своими руками смастерила для одной из них открытку ко дню рождения. Сандра Кармайкл, которую я считала своей близкой подругой, облила томатным соком мой костюм для танцевального выступления, из-за чего меня сняли с соревнований.
О том, что она сделала это специально, я узнала в кабинке женского туалета. В тот день я взломала школьный ящик, достала ее личный дневник и разослала фотографии страниц одноклассникам. На каждой из них она поливает их грязью, а еще признается в вечной любви Коулу Мэнсону. Она стала изгоем, а я сделала первый шаг к тому, чтобы стать новой Ташей, девушкой, которую побаиваются и с которой хотят дружить.
Страх оказался более эффективным методом обретения друзей и популярности, о которых я всегда мечтала.
Чем сволочнее я себя вела и чем резже становились мои высказывания, тем больше ко мне тянулись люди. Парадокс? Думаю, нет. Слабым людям необходим лидер, а я оказалась достаточно сильна, чтобы им стать. То, что произошло за нашим столом сейчас — всего лишь один из способов поддержания моего имиджа. В конце-концов, кто мешал этой девчонке проигнорировать мои угрозы и просто занять свободный стул? Драться бы с ней никто не стал, но она все же предпочла уйти.
