Падение Хана

Он по ним скучал…Ощутил это всепоглощающее гложущее марево, когда увидел, как две тени мечутся по вольеру. Черная и белая. Беснуются, прыгают. Учуяли его и радуются приезду хозяина. Его девочки. Он совсем их забросил. Чувство вины затопило изнутри и заставило идти быстрее.

Дернул замок на клетке, открывая и выпуская тигриц. Но они странно себя повели. Занервничали. Особенно белая. Джая. Его любимица. Она скулила. Она нюхала его руки, одежду, запрыгивала на него и заглядывала ему в глаза. Как будто хотела что — то сказать.

Металась и снова бросалась в клетку, потом выбежала в сад и пронеслась несколько раз по дорожке, словно выискивая кого — то, и снова вернулась к Хану, заглядывая в глаза.

— Что, девочка? Что не так? Меня долго не было? Да?

Она смотрит светло-голубыми глазами и перебирает мощными лапами, потом склоняет голову к его рукам и преданно лижет длинным языком, толкается лбом ему в колени.

— Соскучилась, да? Все изменится. Я вернулся.

Но она снова отпрянула и тоскливо посмотрела куда — то ему за спину.

И…и он словно ощутил, по ком она тоскует. Потрепал тигрицу между ушей.

— Я один…она больше не вернется. Не ждите ее. Ее нет.

Сказал жестко и загнал кошек в вольер, а сам прошел твердой походкой по дороге к дому. Интересно, что там делает старый скорпион? Кажется, от собирался отбросить копыта еще лет пять назад. Ложь — его второе имя."

"Дверь оранжереи была открыта, и рядом с дедом Хан увидел дочь и двоих сыновей. Внутри все сжалось, задрожало, и ему…ему захотелось трусливо сбежать.

Развернуться и уйти куда угодно, лишь бы не видеть вот этого взгляда Эрдэнэ… а еще…еще ему казалось, что она может почувствовать, что Хану было сегодня хорошо. Ощутить запах измены…Он и сам его ощущал. И…в то же время ни о чем не жалел. У него все еще покалывало кончики пальцев от удовольствия. Он чувствовал себя живым…и еще он точно знал, что наркота теперь у него дома. Закрыта под замок и надежно спрятана. Он может в любой момент прийти и сожрать свою дозу.

— Папаааа! — дочь бросилась к нему с радостным криком, и он невольно раскрыл ей объятия.

Соскучился…Ужасно соскучился и сам себя возненавидел за то, что так долго скрывался от них.

— А Лан говорит несколько новых слов и начал кататься на велосипеде…и Гал…Гал…он принес мне мячик.

Галь не разговаривал, не контактировал ни с кем в семье кроме Эрдэнэ. Пока что это не напрягало, и все давали ему время, но если сравнивать старшего сына и младшего, то видна огромная разница в развитии.