Палач времен

И вдруг откуда-то из-за спин спецназовцев Валетова раздался громкий повелительный голос:

— Не двигаться! Малейший жест — открываю огонь на поражение!

Один из бойцов Валетова выстрелил: зеленая молния сорвалась с его плеча, вонзилась в дерево. И тотчас же в том месте, где он висел, вспыхнул клубок радужного пламени, разорвавший спецназовца пополам.

— Не двигаться, я сказал! — проревел голос. — Опуститься на землю! Лечь!

Только теперь Руслан узнал голос Гаранина. Но выяснять, каким образом полковник оказался здесь, было некогда.

Четверка оставшихся без своего командира ликвидаторов устроилась на травянистой, истоптанной ногами поединщиков площади, освещенная фонарем Ромашина. В его отсвете проявились три туманно-призрачные фигуры, зависшие над деревней. Одна из них метнулась вниз, к Руслану, превратилась в Надежду.

— Жив, жив, — отозвался Руслан, поцеловав девушку, и спешно начал натягивать «кокос».

— Потом поговорим! — оборвал его Гаранин; он оставался невидимым. — Быстрее собирайтесь!

— Ты там как, командир? — послышался голос Маркина.

— Нормально. — Руслан затянул последнюю липучку, наклонился над телом Валетова. — Помогите поднять.

Откуда-то издалека, с территории Криптозоны, прилетел истошный вопль сирены. В лагере охраны Башни началась тревога.

— Бросьте его к чертовой матери! — рявкнул Гаранин. — Он нам не понадобится!

— Мы хотели использовать Валетова в качестве пропуска в зону…

— Обойдемся без пропуска.

Руслан молча зарастил «кокос», и отряд понесся в ночной темноте низко над деревьями к молочно-белому «сталагмиту» хронобура. Никто не пытался их остановить, никто не обстрелял во время короткого перелета: охрана Башни их не видела, радары не брали, а наблюдатели эмиссара если и засекли, то вмешаться не успели.

На высоте ста двадцати метров над землей в глянцево-белом вздутии «сталагмита» образовалось отверстие входа, отряд проскочил в него, и проем тамбура закрылся, отрезая начавшийся на территории Криптозоны шум.

— Как вы догадались выйти? — полюбопытствовал Ромашин, когда они достигли зала с колонной хронолифта.

— Догадались, — мрачно проворчал Олег Борисович, сворачивая конусовидный шлем. — Вот эта молодая леди, — он кивнул на Надежду, — посоветовала прослушивать эфир.