Палач времен

Виноваты именно те процессы, о которых я говорил.

— Но каким же образом экспертам удалось измерить увеличение массы электрона? Ведь это произошло сразу во всем объеме нашего метагалактического домена? Изменились параметры не только измеряемых объектов, но и самих инструментов.

— Молодец, квистор, тебя не напрасно учили премудростям квантовой физики и истории. Мы сами не сразу определили бы сдвиг констант, если бы нам не помогли коллеги из соседней Ветви, предоставив независимую — от наших местных условий — аппаратуру.

Раскачка вакуума имеет место, и это означает…

— Что начавшаяся Игра отражается и на нашей Ветви!

— Совершенно верно. Вот для нейтрализации этого воздействия мы и направили группу во главе с твоим отцом в нижние Ветви.

— Нет, конечно, командовал всем процессом подготовки и запуска Федор Полуянов.

— Почему же он так странно прореагировал на появление посланника отца?

— Разберемся. О нашем разговоре — никому ни слова.

— Мама работает вместе со мной, ей можно. — Ромашин улыбнулся, заметив прыгнувшие вверх брови собеседника.

 — Она из тех редких женщин, которые способны коня на скаку остановить, в горящую избу войти, постоять за себя и хранить тайны. С комиссаром постарайся не откровенничать или не встречаться вовсе. Этот человек явно что-то скрывает от нас всех, необходимо узнать — что именно и по какой причине.

— Возможно, мы тоже знаем его недостаточно. В прошлой Игре он играл вместе с нами… — Ромашин оборвал себя, встал. — Будь внимателен, квистор. Заметишь что-нибудь необычное, постарайся сообщить.

Ивор тоже поднялся, с сожалением подумав, что уходить не хочется, пожал руку Игнату, и тот проводил его к выходу из мастерской. На пороге Жданов задержался, кивнул на ряды скульптур, в большинстве своем изображавших чужих существ.

— Вас не компрометирует это анимационное творчество?

Бывший комиссар понял.

— Наоборот, никто не обращает внимания, все считают мое увлечение чудачеством. Очень удобная позиция.

Из-за спины Ромашина вдруг вышла тоненькая миниатюрная девушка в легком сарафане, облегающем фигуру.

Она так напоминала Ясену: тот же овал лица, те же широко расставленные удлиненные зеленые глаза, те же брови вразлет, — что Ивор потрясенно уставился на нее, забыв о приветствии.

— Знакомьтесь, — покосился на нее скульптор. — Моя дочь Мириам.

— Здравствуйте, — улыбнулась девушка, окидывая Жданова смеющимся дерзким взглядом. — Я могла вас видеть прежде?

— Ты видела его мать, — проворчал Игнат. — Она бывала у нас в гостях.