Память любви

Ты вышла за Эдварда, чтобы скрепить договор между Англией и Уэльсом, и стала моей женой, потому что я хотел вернуть свое.

Но и ты получила свою выгоду, жена. Подумай, такая бесстыжая потаскушка, как ты, удачно вышла замуж и спасла свою честь и доброе имя отца! — заключил Рейф, желая посмотреть, как отнесется она к таким речам.

Но лицо Ронуин оставалось бесстрастным. Слишком хорошо она запомнила слова, сказанные накануне:

И я не успокоюсь, пока ты не полюбишь меня…

Наконец она лукаво улыбнулась:

— Ты приобрел куда больше, Рейф.

Получил не только земли, но и высокое положение зятя самого принца Уэльского.

— Вижу, жизнь наша будет не столь легкой! Пойдем, жена, слуги ждут. Кэтрин так хвалилась домом, но не представила тебя им как подобает.

Он взял ее за руку и повел в дом, где выстроились эконом Браун, Альберт, его жена Альбертина, которые пекли и готовили, и трое служанок — Дайлис, Мэйвис и Энни. К ним робко жался поваренок Тэм. Ему поручалось мыть горшки, крутить вертел и точить ножи.

Лиззи и ее сестра Рози стирали. Питермен служил у Рейфа управляющим, за конюшнями присматривали несколько конюхов, а садовник подстригал изгороди. Рейф, как поняла Ронуин, сам вел счета и заказывал припасы, которые не производились в поместье.

Челядь оказалась дружелюбна и вежлива. Похоже, все были довольны появлением новой хозяйки. Ронуин поблагодарила собравшихся и сказала:

— Вы уже видели мою Энит? Надеюсь, примете ее так же тепло, как меня.

— Разумеется, госпожа, — кивнул Браун.

 — Ваша Энит — усердная работница. Она уже успела убрать в ваших покоях и разложить вещи, привезенные леди Кэтрин из Хейвна.

Ронуин едва не сказала, что ей ничего не нужно от Эдварда, но прикусила язык. Теперь она не так богата, как раньше. Ей придется смирить свою гордость.

— Пойдем, — тихо позвал Рейф. — Я отведу тебя в наши покои, жена.

Пальцы железной хваткой сжали ее запястье.

— Дом у нас маленький, — пояснил он, — и по древнему обычаю муж и жена должны делить постель. Не то что в просторном замке моего кузена, где у супругов раздельные спальни.

С этими словами он почти потащил ее по лестнице.

— Иди в зал, Энит, — приказал он служанке. — А мы пока поговорим, жена моя.

Ронуин опустилась на стул с высокой спинкой у очага.

— И о чем же мы станем говорить, господин? — мило улыбнулась она.

— Ты понимаешь, конечно, что я вожделею тебя, Ронуин? Я уже упоминал об этом раньше, — начал он.

— Д-да… — выдавила она, в упор глядя на него.