Память любви

У меня новый муж. Новый дом. Золовка, которую я должна бы ненавидеть, но не могу. И все ожидают, что у меня появятся дети!

— Ты уже взрослая, Ронуин, — мягко напомнила аббатиса. — Красивая опытная женщина благородного рода. Тебе давно пора стать матерью. Смирись, дитя мое. Нам очень повезло, что Рейф де Боло спас тебя от позора. Похоже, он лучше своего кузена.

— Знаю, — согласилась Ронуин, — но он постоянно выводит меня из себя! Мне хочется принять свою участь, но при этом так и подмывает наговорить Рейфу дерзостей за то, что осмелился жениться на мне.

— Дорогая племянница, я не искушена в хитростях вечной битвы между мужчиной и женщиной, но отчего-то уверена, что ты и твой красавец муж рано или поздно придете к взаимному согласию, — заключила аббатиса и поднялась. — А теперь позови Энит, пусть проводит меня в гардеробную , прежде чем я распрощаюсь с вами.

Ронуин спустилась вниз и увидела рядом с Рейфом и Кэтрин своего брата. Они весело смеялись, попивая вино.

— В чем причина веселья? — осведомилась она, подходя к Глинну.

— Мы с Рейфом рассказывали истории о своих сестрах.

Какими они были в детстве и как нам тяжело приходилось.

— И на чем порешили?

— Решили, что все девчонки одинаковы, — усмехнулся Глинн.

— Ты еще вспомнишь меня, когда будешь мерзнуть в своей холодной келье, питаясь соленой рыбой, хлебом и кислым вином, — пригрозила Ронуин.

— Верно, — согласился Глинн. — Я стану скучать по тебе, сестра.

Глаза Ронуин наполнились слезами.

— Будь ты проклят, братец, — пробормотала она.

Глинн нежно обнял ее:

— Постарайся радоваться каждому дню, сестра, и воспользуйся предоставленным тебе шансом. Я же счастлив вернуться в Шрусбери, где меня ждет новая жизнь.

— А что будут делать без тебя бедные От и Дьюи? — встревожилась она.

— Они хотят остаться с тобой, Ронуин. Я уже получил разрешение Рейфа. Он понимает, что этим угодит тебе, — сообщил Глинн и тихо добавил:

— Он хороший человек, сестра.

— Хорошо, — кивнула она.

Аббатиса в сопровождении Энит появилась в зале и подошла к собравшимся.

— Дай мне глоток вина, племянник Рейф, и я уеду, — попросила она.

Когда вино было выпито, Кэтрин с ребенком, Глинн и аббатиса пожелали новобрачным счастья. Те проводили их до крыльца. Хотя брат пообещал как можно чаще навещать ее, как только позволит аббат, Ронуин уже печалилась. Лишь Господь знает, когда она снова увидит Глинна и тетку.