Мы проводили выходные на даче Ольги и её мужа, куда часто наведывались последние несколько лет. Люба прекрасно ладила с близнецами Оли, они в ответ в ней души не чаяли, считая младшей сестрёнкой, чем она и пользовалась, вертя ещё и ими, как ей заблагорассудится.
Спустившись в сад, где Сергей уже накрывал стол к ужину, я вдохнула напоенный ароматами летнего вечера воздух и улыбнулась, почувствовав руки Алексея, обнимающие меня сзади.
- Написала? - поинтересовался он, целуя меня в макушку.
- Да. Но только не на форуме. Так лениво было просиживать там, когда здесь так классно.
- Очень классно. Любушка, правда, отказалась в мяч играть. Наверное, всё ещё припоминает то, что днём было.
- И не зря. Ей семь скоро. В это время дети уже спят только ночью.
- Не все.
- Ну, она не хочет.
- Ей нужно много отдыхать. И много кушать.
- Казански-ий... ты опять за старое.
Я повернулась в руках мужа и прищурилась, мысленно готовясь к очередному спору на тему того, что нужно или не нужно Любе.
Порой Алексей переходил границы в том, что касалось нужд дочери, которые зачастую отличались от пожеланий самой Любы, и тогда мы с ним обсуждали всё в извечных непримиримых тонах.
- Ладно... я помню наш последний разговор. И ты права была - больше никаких закармливаний.
- И никакого сна днём если не захочет.
- И никакого сна днём, - сдался Алексей. - А теперь зови её ужинать, обещаю больше не быть наседкой.
Нехороший холодок прошёлся по спине, когда я услышала это «зови её ужинать». Даже как-то особенно остро кольнуло с левой стороны, где сердце пропустило удар.
- В каком смысле «зови»? Разве она не с тобой?
- Нет... она домой побежала с прогулки, сказала - к тебе.
Я видела, как лицо Алексея меняется на глазах - превращаясь в застывшую каменную маску, и словно бы вернулась назад, туда, на восемь лет назад, где был вот такой же Казанский.
Только сейчас и я испытывала весь тот ужас, что испытал тогда Лёша.
- Дома её точно нет? - выдохнул он.
- Нет... но я проверю.
Слова удалось выдохнуть с огромным трудом. Словно в полусне я видела, как Казанский разворачивается и бежит в сторону ворот, чтобы искать Любу. Кто-то что-то спрашивал у меня - кажется, это была Оля, пока я шла на неверных ногах к дому, прекрасно понимая, что дочери там быть не может.
