Панк 57

Мы собирались в кино, не забыла?

Он смотрит на меня сверху вниз с таким невинным видом. А я не понимаю, что он делает, но не могу не признать, что побаиваюсь снова ввязываться в перепалку. То, что он бросил меня в воду, не так оскорбительно, потому что рядом никого не было. Но я сильно сомневаюсь, что, если он снова захочет поставить меня на место, его остановит то, что мы в библиотеке, полной людей. Не нужен мне его гребаный номер.

Он берет меня за левую руку и пишет что-то на внутренней стороне указательного пальца, а мне остается лишь наблюдать за этим стиснув зубы.

– Знаешь, я многое запомнил из того, что было в дневнике, – как бы невзначай замечает он, пока выводит символ за символом. – И могу рассказать всем, если захочу. Мне не нужны доказательства. Они и так всему поверят. – Он вздергивает подбородок, указывая, что все спокойно сидят за столами или где-то там, вне зоны нашей видимости.

Я снова пытаюсь вытянуть руку, но он только сжимает ее еще крепче.

– Не бойся.

 – Глядя на мой исписанный палец, он улыбается. Бархатистый кончик маркера щекочет кожу. – Мне нет никакого смысла тебя мучить. По крайней мере, таким примитивным способом. Просто у меня есть один вопрос. – Он перестает писать, поднимает глаза и пристально смотрит на меня. – Кто такая Далила?

Я замираю и гляжу на него, забыв, что он держит меня за руку. Мороз идет по коже.

– Что?

– У тебя полтетради исписано ее именем, – отвечает он. – Кто она такая? Твоя тайная подруга? Или секретная позорная страница в твоей жизни? – Он снова опускает взгляд и продолжает писать.

 – А может, невосполнимая потеря?

– Ты читал мой дневник. Так что должен и сам знать.

– Я читал не все, – отвечает он.

Я смотрю на него. Он его не прочитал? Но…

– Я пролистал страницы и увидел ее имя на внутренней стороне обложки, – объясняет Мейсен. – Думаешь, мне есть дело до того, что творится у тебя в голове? У меня и без того полно дел.

Но если у тебя и вправду много дел, тогда зачем спрашиваешь?

Я отдергиваю руку, беззвучно крича.

– Какой же ты козел!

Хоть поблизости никого нет, я стараюсь говорить тихо. Предосторожность не будет лишней.

Но, прежде чем я успеваю уйти, он упирается руками в книжные полки, перекрывая проход."

"– Знаешь, я мог вырубить и его самого, и его друга одним легким движением руки. Это заняло бы не больше минуты. Чего я ждал? – Он смотрит мне в глаза с таким видом, будто хочет что-то в них прочитать.