Ощутила, как под давлением его пальцев на мои, я начинаю проигрывать разгорающемуся внутри пламени. Начинаю проигрывать быстрее, когда он сводит свои ноги так, что я чувствую сильный нажим его бедер на мои и у меня срабатывает животный рефлекс — еще до того, как доходит до разума сдающего под напором горячего хаоса, я подаюсь ягодицами назад и тесно вжимаюсь в его пах. Выгибаясь от ударившей вниз живота тяжести и напитывая ее силой, сжимая свои пальцы на своей груди. Откинула голову ему на плечо, прикрывая глаза, сосредотачиваясь на стремительно струящемся под кожей дурмане, кусая губы, потому что тяжело стоять, неудобно, но отодвинуться сейчас смерти подобно, потому что ярый протест опьяненного нутра вспорет мне тело.
Поэтому придвигаюсь бедрами к нему. Еще теснее.
А он ведет моей рукой вниз, мне по животу, по бедру и мои скрюченные судорогой пальцы цепляют ткань юбки и уводят вверх, пока все внутри сжимается от горячего языка и губ, оставляющих след на коже шеи и запускающих неистовство в вены. Ведет моими пальцами по уже безнадежно мокрому белью до точки.
Срыва. Кипения. Нажимает на нее моими пальцами посылая по телу сильнейший импульс до замершего сердца, до срыва дыхания, до прогиба в пояснице от невыносимости происходящего. До безотчётного стона. Который уходит в его сухие, горячие, полуулыбающиеся губы, когда я поворачиваю к нему лицо.
Он проводит языком по моим губам, на мгновение прижимается к ним и убивающе медленно ведет моими пальцами по ткани белья, по новой возможности срыва в ад, задает ритм моим пальцам, снова прекрасно выбирая грань силы нажима: сильнее — вызвать отторжение огня в венах дискомфортом, слабее — слишком долго.
"
"Прижимаюсь к нему теснее, не замечая, как сама подстраиваю частоту движений пальцами, не могу отвести глаз от его улыбающихся губ находящихся на расстоянии дыхания. Чувственных, сухих от учащенного дыхания, смешивающегося с моим.
Он подсказывает второй рукой, находящейся поверх моих пальцев на груди усилить нажим, его улыбка смазана в прикусе нижней губы и я сама ускоряю ритм, потому что этого потребовала кровь, горящая синим пламенем при виде этого полуприкуса.
Он снял пальцы с моей груди, приобнял этой рукой, а второй удерживает ритм, ускоряет, срывая новый стон, который гасится подушечками его пальцев легших на мои кривящиеся от невыносимости происходящего губы. Ускоряет ритм пальцами одной руки, а пальцами другой давит на губы сильнее, сжимая мое плечо нажимом локтя и я уже на грани.
