— Это я виновата… это я… — безумно зашептала она, обнимая себя руками и начиная покачиваться, не моргая глядя в пол невидящим взглядом.
Я с трудом перевела ненавидящий взгляд от Эмина, не обращающего на нас ровным счетом никакого внимания и вцепилась пальцами в Линкины колени, подавляя себя и глядя в ее лицо, которое она закрыла ладонями. Сейчас нельзя, Лина. Не сейчас. Новое титаническое усилие воли, загоняющее непереносимый болезненный хаос на дно.
— Хватит хуйню городить. — Твердо произнесла, рывком отнимая ее ладони от заплаканных глаз.
— Эй! Давай, в себя приди. Потом паниковать будем, как операция закончится.
— Нет, это правда я… правда, — с непередаваемым стыдом и виной глядя мне в глаза прошептала она, — он вчера мое лицо увидел и давай допытывается. Я врала сначала, что на улице поскользнулась и о скамейку расквасила… но ты же знаешь его… если ему припрет он и пенек в лесу разговорит… и я сказала про Гавриловых. Убедила его, что ты там их до полусмерти отхуярила… а он… а у него взгляд такой был… Ян… он из-за меня… его нашли у хоккейной коробки… ну ты знаешь у второго дома… там Гавриловы постоянно со своей гоп стоп компанией тусуются… у него костяшки сбиты… он из-за меня пошел… он же плюгавенький совсем, а эти лбы здоровые, да по одном не ходят… он из-за меня, дуры, пошел, Ян… я виновата…
— Да успокойся ты, блядь! — Рявкнула я, взяв ее лицо в руки и заставляя смотреть в свои глаза.
— Не параной, ясно? Чего сидеть сопли пузырить, ему легче станет от этого? А тебе? Ну а хули ты сидишь слезами умываешься? Надо к ментам бежать, заяву напишем.
Там походим, свидетелей поищем. Потом с тобой повоем под горькую, поняла меня? Вот как Степаныча прооперируют и скажут, что с ним, и что мы можем сделать, вот только тогда мы с тобой хоть до усрачки ныть будем, а пока нехуй. Поняла меня? Поняла, спрашиваю?
Линка с надеждой, виной и отчаянием смотрела в мое лицо и быстро покивала. Я отняла руки и села рядом, придвигая ее к подлокотнику и исподлобья посмотрев на Асаева, которому что-то по очереди говорили мужчины.
Он кивнул и перевел взгляд на меня. Медленно пошел к нам. Я поднялась. Инстинктивно встав так, чтобы загородить Линку. Остановился в полушаге и едва заметно поморщившись повел головой в негласном приказе велев отойти. Я бы не отошла. Но Линка моя сестра и за спиной она отсиживаться тоже не будет. Поэтому я едва сдержала стон, когда она встала рядом глядя в темные глаза Асаева.
— Езжай домой.
