До её губ, двигающихся едва заметно, до протяжного вздоха, что сорвался с них, когда Макар взялся за футболку и потянул её, вытаскивая из штанов.
Он медлил, сам не зная почему. Горел в огне и наслаждался жаром в чреслах, в крови. Ловил каждую испытываемую эмоцию. Запечатывал в памяти.
Футболка полетела на спинку дивана. За ней штаны. От обуви и носок он избавлялся, куда как активнее.
Когда он взялся за боксеры, то услышал, как потяжелело дыхание Вари. Девушка неосознанно подняла руку к груди и дотронулась до своего соска, при этом, не моргая, глядя на него.
Её пальцы сжали сосок, потянули его. Макар мысленно зарычал – егооооо! Он её ревновал к ней же! Вот такой парадокс! Это он хотел теребить её сосок! Втянуть его в рот, поиграть языком, чуть прикусить губами, чтобы по телу Вари прокатились мелкие мурашки.
Рывок – и боксеры полетели к остальным вещам. Его член дернулся, на головке заиграла капля. Макар сжал член рукой – надо немного успокоиться.
- Дай мне... - Варя по-прежнему говорила негромко, хрипло, словно каждое слово выталкивала из себя.
Минуту назад смущалась, дерзила, дразнила. Сейчас же лежит, ждет его и на вид, покорная, - себя…
Макар, больше был не в силах только смотреть, испытывая потребность снова чувствовать под пальцами кожу Вари, шагнул вперед.
- Нет…
Она порывисто приподнялась, потянулась к нему, положив руку на торс, и потянула мужчину на себя.
Макар, стараясь не стонать в голос, сделал ещё один шаг вперед, наконец, поняв, что она имела в виду прося дать себя! Чертов сороколетний юнец! Не замечает очевидного!
Сначала Варя убрала его руку с члена, не спеша разжимая один палец за другим, чтобы самой обхватить ствол.
Она действовала предельно нежно и между тем настойчиво. Она больше не смотрела в лицо Макара, её взгляд приклеился к его мужскому достоинству, что теперь оказался в её власти. Макар же стоял, стиснув зубы, и ждал, что она предпримет дальше.
Варя не разочаровала. Несколько раз провела рукой по стволу, пробуя его, привыкая к нему. Дальше снова подалась вперед, приблизила лицо к паху.
Потом подняла голову и посмотрела на Макара. В её глазах наравне с желанием плескалось и озорство, чисто женское хулиганство.
- Хочешь?
- Хочу. Давай, девочка, сделай это.
Сказал, а у самого испарина на лбу выступила. Яйца от сдерживаемого желания, от ожидания заломили.
Сначала розовый язычок прошелся по головке, слизнул выступившую капельку, Макар сжал руки в кулаки, пытаясь взять контроль над эмоциями. Получалось плохо.
