Папа напрокат

Он набирает обороты и становится одержимо страстным.

— Что сказали врачи? — спрашивает Игорь, оторвавшись от моих губ, прижимается бёдрами, давая понять, что он хочет продолжения. — Тебе уже можно заниматься сексом?

Молчу. Да-да-да, можно, но…

Игорь опускает руку, лаская мою задницу ладонью. Сминает жадно и многообещающе.

— Тебе лучше ответить. Иначе я… — его пальцы коварно пробегаются по резинке джинсов.

— Я хочу быть с тобой. И да, ты тоже хочешь меня, — безапелляционно заверяет меня Игорь. Снова целует, вырывая невольные стоны из моего рта.

— Хорошо, — соглашаюсь севшим голосом, желая лишь одного — чтобы нам никто и ничто не мешало быть вместе.

Разумеется, когда я переступила порог квартиры, Алина представилась сводной сестрой и извинилась, как образцовая девица. Но я прекрасно поняла смысл её сердитого блеска в глазах. Алина была влюблена в своего старшего сводного брата и хотела быть с ним, не как родственница, но как девушка!

Я могла только надеяться, что мы не проведём с этой девицей вместе на одной территории дольше одной ночи.

— Доброе, — хриплым голосом отзывается Алина.

Её лицо выглядит хмурым и заспанным. Маска для сна болтается на шее, пижама до жути измята. Белокурые волосы растрёпаны. Она даже не пытается привести себя в порядок, как это было поначалу. Сводная сестра чересчур сильно измотана несколькими бессонными ночами подряд, чтобы беспокоиться о своём внешнем виде.

— Кофе? — бодрым голосом предлагаю я.

Сводная сестра стонет и роняет голову на локти, сложенные на столе.

— Молчи, Гарик. Просто молчи, — просит она страдальческим голосом. — Как?! Как ты можешь быть таким счастливым? Это не ночь… Это ад. Пытка! А-а-а-а-а! Как можно так жить?! — жалуется она и укладывается головой поверх сложенных друг на друге локтей.

Я нацеживаю ей кофе в чашку и ставлю на стол. Алина лишь приподнимает голову от стола и спрашивает:

Алина не называет имени ни Даши, ни Ули, но я понимаю, что речь идёт именно о них.

— На утренней прогулке. Уля любит гулять…

— О да, я заметила это когда девушка полночи топала вокруг моей раскладушки, а оставшиеся полночи её младенец ревел, не переставая.

— Это колики. Твой отец рассказывал, что ты вообще не давала спать ночами, а отсыпалась исключительно днём. И так было до двух лет… — парирую я.

— Не надо переводить стрелки на меня! — обиженно заявляет сестра и начинает канючить.