Папа напрокат

Мыслями я постоянно возвращаюсь к Игорю, досадую на возникшую между нами стену непонимания и недоговорённости.

— Одной из нас придётся спать на полу! — решительно говорит Таня. — Кресло-кровать только одно.

— Хм… Бросим монетку? — предлагает Маша, смирившись с тем, что я заночую у них.

— Давай! — соглашается Таня, бросая монетку мне. — Даш, подкинь. Чур, я решка

Подруги выжидающе смотрят на то, как я подкидываю монетку. Но в момент, когда монетка готовится приземлиться на мою ладонь, в дверь раздаётся требовательный стук.

Я вздрагиваю и не успеваю словить монету. Она закатывается куда-то под стол.

— Кто это? — спрашивают в один голос подруги, переглянувшись.

— Я посмотрю, — отзывается Маша. — Может быть, это за мной?

Она уходит, Таня пытается понять, куда укатилась монета. Уля капризно хнычет, проснувшись. Тяжело вздыхаю. Ночь обещает быть интересной.

— Спасибо. Я сам… — слышится голос… Игоря.

— Даш, тут…. к тебе, — растерянно говорит Маша, а за её спиной возвышается скала-Игорь.

Я от удивления не могу вымолвить ни слова. Немного оправившись, уточняю:

— Как… как ты меня нашёл? Кто-то сдал тебе адрес? — хмурюсь, пытаясь понять.

— Секрет. Вернёшься ко мне домой? — устало спрашивает Игорь, привалившись к косяку плечом. — День — дерьмо. Но он, определённо, станет лучше для нас двоих, когда ты согласишься вернуться домой.

— К тебе домой, — уточняю. — У тебя гости.

— Нежданные. Я уже устроил ей взбучку. Пожалуйста… — Игорь подходит и забирает Улю. Драться за ребёнка глупо.

К тому же Уля знает Игоря и всегда становится тише в его руках. — Уля не против вернуться в свою кроватку, — одаривает меня говорящим, жарким взглядом. — Думаю, и ты — тоже.

— И с тобой хочет поговорить отец, — безапелляционно заявляет парень.

— Ах вот оно что! Это мужской сговор за моей спиной! — возмущаюсь я, даже не зная, что добавить.

Остаётся только, наверное, подхватить свои вещи и идти следом за Игорем, решительно направляющимся в сторону выхода.

— Он всегда такой? — шёпотом спрашивает Таня и делает вид, что обмахивается веером.

— Я же говорила, что готова отдать ему свои трусы, — толкает её в бок Маша.

— Заткнись, — прошу беззлобно.

— Но это я так… к слову, — вздыхает Маша, провожая Игоря завистливым взглядом. — Боже, он даже твоего ребёнка нянчит. Хм… А он не гей? — уточняет, сощурившись.

— Ну ты и дурочка! Видела же, как Дашка покраснела. Явно не гей… И явно у них уже был секс! — шепчет Таня, выталкивая меня.