Папа напрокат

Он крепко обхватывает меня руками. На мгновение я оказываюсь прижатой щекой к его белоснежной, идеально выглаженной рубашке. От отца, как всегда, пахнет кремом для бритья и хвойным одеколоном, пробивающим настолько, что першит в горле. Или в горле першит от подступающих слёз? Я не видела отца уже очень давно и безумно сильно по нему соскучилась, хоть и опасаюсь родительского гнева. Всхлипываю пару раз, шмыгнув носом.

— Отставить сырость. Ты же Акишина, — усмехается отец. — До сих пор ещё Акишина, верно?

В последнем вопросе чувствуется подвох, и я всем телом чувствую перекрёстный огонь взглядов, которым обмениваются мужчины над моей головой.

— Кхм… Проходите! Чувствуйте себя, как дома, — отступает Игорь, обводя широким жестом квартиру. — Меня зовут Игорь.

— Я в курсе. Моё имя тебе тоже должно быть известно, — скупо отвечает отец. — Позаботься о чае, Кузнецов.

Отец отправляет Игоря прочь, мягко отстраняет меня от себя, быстрым жестом вытирает слезинки и наклоняется, целуя в лоб.

— Что трясёшься, зайчишка? — спрашивает тихо.

Согласно киваю головой, замечая, каким тёплым огоньком согреваются серо-стальные глаза отца. Он гладит меня по голове, обещая добродушно:

— Не трусь. Солдат ребёнка не обидит, но… — взгляд отца выискивает крупную фигуру Игоря, распахивающего окно на кухонной зоне. — Но про других речи не было. Посмотрим, на что он годится. И годится ли вообще!

— Папа.

— Для начала я хочу посмотреть главную виновницу бедлама. Внучку! — требует отец, делая пару шагов в сторону от меня.

Первым делом отец справляется о расположении ванной комнаты. Пока папа умывает руки с дороги, я успеваю быстро собрать постель и закрыть спальную зону раздвижной перегородкой. Даже подгузники успеваю собрать. Быстро оглядываю комнату на предмет беспорядка. Здесь чисто, но некоторые предметы стоило бы поднять и расставить на свои места.

Или оставить всё, как есть, потому что отец уже появился в комнате и сразу же направляется прямиком к Ульяше. Папа присаживается на корточки, разглядывая доченьку, смотрит мельком на меня, а потом снова на кроху.

— Вся в тебя, Дарья! От папаши… — кидает острый взгляд в сторону Игоря, застывшего в паре метров от нас. — Ничего не досталось. И это прекрасно, да? — спрашивает у внучки.