Папа за триста дней

Все чаще Орлов думал о том, что Алена была единственным человеком в его окружении, который не спросил, зачем он помогает в ночлежке или преподает в приюте. Как будто для нее этот вопрос в принципе не стоял. Как будто она... его понимала. К счастью, от необходимости отвечать Артема избавил громкий чих Веника. Тот хоть и был спроважен на время разговора взрослых в соседнюю комнату. зачем-то вернулся. И теперь хмуро пялился на гостью. Что ж... Похоже, она ему тоже не нравилась. Хоть в чем-то они с Артемом сошлись.

- Когда чихаешь, рот нужно прикрывать ладошкой, - поучительно заметила Роза Эммануиловна.

- Не переживайте. У меня зубы не вылетят, как у вас в прошлый раз.

Артем отвернулся, с трудом скрывая смех. Роза Эммануиловна фыркнула и, ударив

по толстым ляжкам ладонями, вскочила.

- Невыносимый мальчишка! Вот и как работать в таких условиях? — пробубнила она, отступая в сторону коридора, где нос к носу столкнулась с Аленой, которая ненадолго отлучалась, чтобы приготовить напитки.

- Вы уже уходите? А как же чай? Все уже почти готово.

- Извини, милочка, но у меня еще куча дел. Держись хоккеиста. Он парень детдомовский, и если ты расскажешь ему какую-нибудь слезливую историю про этого мальчишку... Может, он позволит ему остаться. Как по мне — так это самая перспективная партия для тебя ввиду вновь открывшихся обстоятельств, - Роза Эммануиловна смерила Веника хмурым взглядом. - Кстати, Алеша еще не звонил?

- Нет! Но он написал мне, пока я возилась с чаем.

Орлов стиснул зубы, в то время как Алена, напротив, широко улыбнулась.

- Прекрасно! Держи меня в курсе событий.

Алена осторожно составила поднос, накрытый к чайной церемонии, и тепло попрощалась со свахой. А как только за ней закрылась дверь, с шумом выдохнула и без сил прислонилась к стенке.

- Да. Просто день какой-то сумасшедший. Извини. Я сейчас вернусь.

Алена развернулась, прошла несколько шагов по коридору и толкнула первую попавшуюся дверь.

Интересно, что ей там понадобилось? Артем ступил следом, чтобы уточнить, но на полпути его задержала маленькая цепкая ручка. Ника дергала его за штанину и улыбалась во все свои шесть зубов.

- Ах ты ж маленький поросенок, - прошептал он, склоняясь к девчонке. - Я же просил тебя так меня не называть? Я просил?

Эти его слова должны были прозвучать строго. Но ни черта у него не вышло. Орлов тяжело вздохнул. Сердце сжалось.