Онлайн-библиотека книг
— И много на этом взял?
— В том-то и дело, что ни хрена! — вновь осерчал Гуткин. — Даже в убытке остался.
— Это ты-то? — страшно удивился Константин.
— Я, я, именно я! — прокричал Гуткин, дернулся и, естественно, потревожил сломанные руки. Поскулил слегка.
Константин вежливо дождался момента, когда утихли страдания собеседника.
— И не подстраховался? Не верю.
— Если бы я напрямую действовал, то, конечно, бы подстраховался. Но моими были только бабки. Всю операцию в автономном плавании проводил один мой человек, про которого никто не знает, что он мой человечек.
— Что за человечек, Боб?
— Смогу ли я тебе его назвать — будет ясно в конце нашего разговора. А пока давай разговаривать без лишних имен.
— Хрен с тобой. Давай.
— Так вот, эти суки, уж не знаю каким образом, все просчитав, вышли на моего человечка. Хотя и догадываюсь, каким образом. Мой человечек — фигура довольно известная в футбольных кругах именно южного региона…
— И в криминальном мире того же региона, — перебив, добавил Константин.
— Ну назови, назови!
— Севка Субботин, Всеволод Робертович Субботин, пятьдесят девятого года рождения, рост — один метр семьдесят восемь сантиметров, вес в восемьдесят шестом году — семьдесят два килограмма.
— Сейчас он толстый, — только в одном не согласился Гуткин и обиженно поинтересовался: — Как догадался?
— Балда ты, Боб. Он же с Ростова, с интернатских лет с тамошней уголовщиной повязан.
— Иссяк? — злобно полюбопытствовал Гуткин. — Он что- мешок денег за спину и по командам, да? Ни в одном случае он не позволил себе прямых контактов.
— Вот они по цепочке и вышли.
— Ты, Лара, давай выбирай: или слушать меня будешь, или свою сообразительность показывать.
— Ну, извини. Слушаю тебя, слушаю.
— Так вот. Через четыре дня после того, как мы кон сорвали, является ко мне Севка и — весь в слезах и соплях — в ноги. Не хочешь, говорит, моей смерти, тогда отдай весь выигрыш.
