Онлайн-библиотека книг
Скользя серебристым взглядом по линиям моих губ. И казалось, что момент тянулся вечность, хотя прошло не больше пары секунд. А потом его ладони сомкнулись позади моей спины, притягивая ближе, и сердце заколотилось со скоростью миллиона ударов в минуту.
Я наклонилась, опаляя горячим дыханием кожу. Чувствуя, как он тянется ко мне с той же страстностью и отчаяньем. И коснулась нежным, мягким поцелуем.
Через секунду его губы настойчиво раздвинули мои, перехватывая инициативу, и будоражащий трепет, прокатился по спине волной мурашек.
Теперь я уже не сдерживала улыбку, распускающуюся прямо ему в губы. Чувствуя, как она вспыхивает между нами, ломая наконец все недомолвки.
_"
"* стрейт-эйдж (в переводе с английского — четкая грань). Течение, которое появилось в США в начале 1980-х как противовес субкультуре панк с ее гедонизмом, наркотиками, саморазрушением и беспорядочными половыми связями. В то время панк-движение было на пике популярности и разрушило уже не одну жизнь с помощью культивируемого им образа жизни.
** для облегчения ориентировки на крупных курортах существует определенная классификация трасс по цветовому признаку. Самые простые — зеленые. Следующие по сложности — синие. Потом красные, и затем черные — для экспертов.
Глава 57 - Ты мне доверяешь?
Вечером Север проводил меня до комнаты, которую я с боем вытребовала у Макса, теперь казалось зря, и мы разошлись каждый к себе.
Макс уехал рано утром. Я думала, Виктор поедет вместе с ним, что, признаться, немного расстроило, но он ответил, что останется. А Максу пора научиться нести ответственность.
Вернувшись с завтрака, я услышала обрывки разговора с его отцом:
— Мне абсолютно и совершенно плевать, кем вы меня считаете. Точно также, как и на то, насколько важные у вас дела.
Он как-то умудрялся сохранять самообладание и не выражать ни капли эмоций, несмотря на то, что на том конце на него явно орали.
— Все высказали? Или придется еще подождать? — скучающим тоном спросил Виктор и, увидев меня, стоящую у порога, подозвал рукой, тут же заключая в объятья.
Лесниченко старший что-то шипел, но слов было не разобрать.
Север прикоснулся к моему лицу, убирая короткие волоски с виска. А потом, все также прижимая одной рукой телефон к уху, наклонился.
