— Сорви голова растет, — сокрушенно вздохнул дед, — зачем ей эта расческа, игрушки к ней всё равно нет…. Люб, пошли домой, забыл я контрамарки. В другой раз посмотрим твою Спящуюю красавицу…
— Как Красавицу? — изумился Генка, — мы на Чиполлино пришли.
— Чиполлино давно из репертуара убрали, сегодня Спящую красавицу дают.
— Надо же помощник спектакли перепутал… Может премии его лишить? — Шувалов скорчил морду. И тут же рассмеялся.
— Не лишайте, Спящая красавица — красивый балет, я пока здесь работаю, — дед на гардероб кивнул, — ни одно плохого слова о постановке не слышал.
Вот опростоволосился, нам контрамарки на стоячие места выделили, а я их видно в карман другой куртки положил."
"Моя малышка сунула мороженое в руку Мишане, открыла свою сумочку, достала маленького розового пони и протянула рыженькой девочке.
— Ня. У миня ного игусек. Бии это тепей тая.
Девчонка сперва руки за спину спрятала, а потом не выдержала, взяла игрушку.
— И уходить никуда не нужно, у нас шестиместная ложа, мы вас приглашаем вместе с нами посмотреть балет.
Нам будет очень приятно, если вы составите нам компанию. — радушно предложил Генка.
Дед отказывался, видно было, что человеку неудобно. Тут подключился Мишаня и как-то быстро умудрился дедулю уболтать.
А я, вдруг увидела Шведова в каком-то другом ракурсе. Он легко и просто протянул незнакомым людям руку помощи, и мне это очень понравилось.
Пломбир мы в результате съели на четверых, каждый откусил по кусочку, он и закончился. Как ни странно, никто нам не сделал замечания, и даже осуждающим взглядом не просверлил, скорее наоборот, проходящие мимо нас зрители улыбались одобрительно.
За без малого пять лет Мишаниной жизни, я успела усвоить: поход с ребенком в места предназначенные для культурно массовых зрелищ — отдыхом не назовешь. В музеях я всегда побаиваюсь момента, когда экскурсовод назовет какой нибудь экспонат — бесценным. Мишаня тут же начинает приставать с вопросом: бесценно, это сколько? Миллион миллионов? Или больше?
Я как-то ляпнула, что это дороже, чем все деньги которые есть на планете.
Мишка потом два дня не мог успокоиться, вспоминал в каких музеях и сколько он видел бесценных предметов и пришел к выводу, что музейные экспонаты — это такой стратегический запас всей Земли. В принципе в Мишаниных рассуждениях есть своя логика….
Суть не в этом, куда бы мы не пошли: в музей, театр или цирк, я отдавала себе отчет: нужно не расслабляться, держать ухо востро и иногда не выпускать Мишанину руку из своей.
