Вот и заскочили за ними на реанимобиле, а тут мы с проникающим ножевым.
— Беги Маш, как раз пока оденешься, мы его на носилки забросим. Хреново без лифта, вдвоем тяжело будет нести.
Я на заплетающихся ногах, путаясь в огромной куртке понеслась вниз. На середине лестницы меня догнал Генкин голос.
— Знать бы заранее, не отпускал бы охрану. Они ребята здоровые, могли помочь носилки спустить. Может я сам потихоньку попробую? Вроде уже ничего не болит….
— Очнулся голубчик? Самому не стоит. Тут был такой случай, парня молодого в драке подрезали, так он вообще боли не почувствовал.
Дрался дальше, умер от потери крови. Рядом с ним такой Маши не оказалось, которая могла остановить кровь.
Куртку Ромкину в прихожей сбросила, пробежала к себе в комнату, оперативно сменила домашние брюки на джинсы, натянула мягкий кашемировый свитер. Среди вещей закупленных оптом и со скидкой у Татьяны, имелись зимние высокие кроссовки, их и надела, потом домой добираться буду, от метро в них удобнее чем в сапогах добежать.
Схватила в охапку две куртки: свою и Романа, шапку с помпоном и тихо как мышка из квартиры наружу выбралась.
Этажом выше спокойно переговаривались. Как будто там не медики и раненый, а случайно встретившиеся приятели.
— В рубашке родился, как по маслу, мимо жизненно важных органов, пульс равномерный, — добродушно рассуждает незнакомый мужской голос.
— Прошлым летом в Альпах сплавлялся, с плота паренька на скорости выбросило, прыгнул за ним, по камням протащило и ничего, парня вытащил и сам выбрался.
— Хрипловато, но достаточно бодренько вещает Генка.
Я улыбнулась, стараясь сильно не бряцать ключами, заперла дверь. Раз Шведов в воспоминания ударился, значит все и правда не смертельно.
— Кажется Маша вышла, — громко шепчет Рома Ангел.
Я уже хотела крикнуть, что к сопровождению пострадавшего готова и тут…… Генка снова заговорил, только на этот раз слабым голосом человека, которому каждое слово с неимоверными усилиями дается:
— Роман, вы считаете с такой психологической травмой, мне одному жить нельзя? Как я с вами согласен….
Чувствую, кошмары ночами замучают. Или бессонница. Попробую уговорить Машу, может…..
— Уговаривай батенька, уговаривай. Одному категорически нельзя! — Громыхает радостный Ангел.
Сговорились… Комедианты, ну ладно…. Я рванула наверх, на ходу придумывая шутку, про жизненную неоходимость подыскать пожилую сиделку, которая каждые три часа будет делать Геннадию очистительные клизмы. Чтобы засыпал спокойнее.
